– Тебе страшно?

– Я в ужасе, – признался Амар.

– Ещё не поздно передумать.

Амар глубоко вздохнул и мотнул головой.

– Нет. Мы не можем повернуть назад. Это единственный способ.

Единственный способ спасти их жён и детей – только это имело значение для членов отряда. Вот почему они согласились пожертвовать собой: ради любви.

И только у Дункана была другая причина. Его питала ненависть. Он хотел смерти всех ёкаев, хотел увидеть, как эти чудовища исчезнут с лица земли раз и навсегда.

Ван надеялся, что они войдут в селение посреди дня, надеялся прогуляться по улицам, выйти на рыночную площадь и выбрать свежую, аппетитную жертву. Вместо этого Бреган и остальные предпочли дождаться наступления темноты и только тогда зашли в деревню. Все жители уже легли спать, и переулки опустели, если не считать нескольких собак, роющихся в мусорных кучах.

– И как мы теперь будем искать седло? – спросил серпаи, качая головой. – Все лавки закрыты, в том числе и кузница.

– Нам нужен не кузнец, а шорник, – возразил Бреган.

Ван бросил на тайгана раздражённый взгляд.

– Ладно, тогда я переформулирую свой вопрос: где мы будем искать этого пресловутого шорника?

– Можно спросить у людей вон там, – сказала Майя, указывая на поток света, льющийся из открытой двери.

Оттуда слышались смех и гул голосов.

– Похоже, это таверна, – с улыбкой сказала Клеа.

Губы Вана растянулись до ушей.

– Отлично, наконец-то хорошая новость!

Бреган немедленно шагнул к змею, преграждая ему путь.

– Ван, я уже говорил, что нам нельзя привлекать внимание. Мы не будем никого убивать и есть, договорились?

Кук поморщился.

– Ты это серьёзно?

– Серьёзно ты или нет, я не слушаюсь ничьих приказов, тайган, – отрезал Ван ледяным тоном.

Клеа вздохнула.

– Ладно, как насчёт компромисса? Мы найдём какого-нибудь шорника, он сделает Нэл седло, а Ван потом его съест. Что вы на это скажете?

Ван пренебрежительно глянул на волчицу.

– Я охочусь на свою добычу, лупаи, милостыни мне не надо.

– Если серпаи не хочет есть шорника, его слопаю я, – вставил Кук.

– Вы правда думаете, что сейчас подходящее время обсуждать всё это? – вмешалась Нэл.

– Нет, совершенно не подходящее, – заявила Майя и направилась ко входу в таверну.

Стены зала, в который они вошли, были сделаны из деревянных балок, а промежутки между ними забивали глиняные кирпичи. Пахло спиртным, потом и жареным мясом. Подавив рвотный позыв, Майя уселась за свободный стол и с облегчением вздохнула, когда Бреган и остальные последовали её примеру.

– Почему ты села? Мы же хотели порасспрашивать насчёт нашего дела, разве нет?

– Тут такой запах… Мне нехорошо, – призналась волчица.

Кук рассмеялся.

– Да уж, пахнут людишки отвратительно, зато на вкус очень даже ничего.

Нэл, наблюдавшая за людьми, заметила, как какая-то женщина толкнула локтем своего соседа по столу и слегка качнула головой, указывая на ёкаев.

– Нельзя здесь оставаться, – шепнула рапаи.

Затем она встала и направилась к женщине.

Женщина была высокой и крепкой, с длинными светлыми волосами. Когда она улыбнулась, стало видно, что у неё не хватает нескольких зубов. Они с Нэл перекинулись парой слов, после чего женщина махнула рукой, а Нэл кивнула и вернулась к своим спутникам.

– Я узнала, где живёт шорник.

Бреган и остальные уже было поднялись из-за стола, но тут к ним подошёл хозяин заведения, чтобы принять заказ.

– Извините, мы пока не можем остаться, – сказала ему Майя, выдавливая из себя улыбку.

Ван, до сих пор державший глаза полуприкрытыми, выпучился и уставился на трактирщика.

– Но мы скоро вернёмся. Обещаю.

– Ван, тебе обязательно было это делать? – прорычал Бреган, когда они вышли из таверны и направились к дому шорника.

– А что? Я же был вежлив, разве нет? – с улыбкой возразил серпаи.

– Я думал, трактирщика сейчас удар хватит! – прыснул Кук.

– Ещё бы. Много ты видел людей с сиреневыми глазами? – проворчала Майя.

– Нет, но и ёкаев с глазами такого цвета я тоже не встречала, – заметила Клеа.

– Это здесь, – сказала Нэл.

Они остановились перед приземистым домиком, к которому примыкала большая конюшня.

– Постучим? – предложил Кук, занося руку над ставней.

– Нет, на это нет времени, – ответил Бреган и пинком вышиб дверь. – После маленького представления, которое устроил Ван, все жители деревни наверняка скоро сбегутся сюда с ружьями и факелами.