Лейб сглатывает.

– Если я предложу вывести меня отсюда, ты согласишься? Я найду, чем отплатить.

Есто качает головой.

– Нет. Я не хочу портить отношения с Сейгой.

Они строились слишком долго. Пусть и только по людским меркам.

– Так ты с самого начала меня к ней вела, ха? С того разговора в гроте? Или, может, ещё раньше? Это она тебя послала?

Есто морщится. Как Лейбу удаётся кидаться вопросами с такой скоростью?

– Меня никто не посылал к тебе. Ты попросил отвести тебя в Карно – и мы в Карно. Теперь у меня проблемы из-за тебя. Я вижу только один хороший способ с этим разобраться – обратиться к Сейге.

Лейб молчит. У него заметно дрожит рука. Есто шагает вперёд.

– Стой! Рури, ты ведь понимаешь, что это ничуть не лучше? Не лучше, чем сдаться Герзе. Эта Сейга всё сделает точно так же: использует меня, а потом уберёт. И тебя уберёт, потому что ты знаешь лишнее.

Есто снова качает головой.

– Нет, Лейб. Мы с ней обещали друг другу. Я ей достаточно верю.

Снова шаг вперёд. Лейб неловко отступает. Упирается спиной в закрытую дверь.

– Да ты помешалась, что ли? Разочарую, но обещания ничего не значат, дорогая моя!

Для кого как, Лейб. Смотря кому обещать.

Ещё шаг. Пистолет упирается Есто в грудь. Лейб напрягает руку, но не может спустить курок. Есто медленно кладёт ладони на его запястье. Легко, почти нежно. Как будто гладя.

Рури должна позволить Лейбу уйти, Рури любит его и обязательно поможет.

Рури сделает всё, чтоб Лейбу стало хуже, Рури должна ненавидеть его.

Есто резко сжимает пальцы, выворачивая Лейбу руку. Он вскрикивает, с шумом роняет пистолет. Есто с силой закусывает губу, чтоб удержаться на плаву, не погружаться в очередной пласт воспоминаний Лейба. Как же невовремя.

Кто-то из людей Сейги вбегает на крик, и Есто судорожно вцепляется в новый образ. Не Рури. Не Рури.

Есто отталкивает Лейба от себя, не заботясь, что тот упадёт. Поднимает с пола пистолет и каким-то особенным, резким движением откидывает волосы с лица. Чувствует смятение охранника. К счастью, он не называет по имени.

– Отведите его в машину. Осторожно, он ранен.

Не глядя на Лейба, Есто поспешно уходит на кухню, к люку в подпол. От ногтей на предплечьях остаются красные борозды.

Стоит взять с собой что-нибудь с длинным рукавом. И шарф.

***

Мордовороты вроде тех, что Лейб привык видеть у Герзе, только посмуглей, запихивают его в одну из машин. Видимо, слушаясь Рури – и вправду довольно аккуратно. Выкрученное ей запястье горит.

Сама Рури выходит из дома нескоро. С ней идут старуха и девочка, как там Рури их назвала? Лейб не запомнил. Неважно. А в руках у Рури что-то большое и тяжёлое, что тут же выхватывает кто-то из охраны. Они садятся в другую машину, и у Лейба больше нет возможности поговорить, переубедить.

Рури права, Лейбу не к кому обратиться тут. Некому довериться, вот и пришлось верить случайной девчонке-курьеру.

На что Лейб надеялся? Что сможет пройти незамеченным несколько регионов, подальше от связей Герзе. Что сможет затеряться и начать сначала, снова – с каких-нибудь дешёвых разработок, только чтоб кое-как перебиться. И больше не станет подниматься так высоко. Быть другом Герзе было весело. Только, как оказалось, недолго. А Сейга дольше ли с ним «продружит» и станет ли «дружить» вообще? Хах… Если б не эта девчонка…

Забавно: каждый раз встреча с Рури в итоге приводит к тому, что Лейб оказывается у кого-то на поводке.

Она, наверное, мстит ему.

От мерной тряски мутит, и, на беду, не получается даже отключиться. Дорога кажется тошнотворно бесконечной. Лейб пытается заговорить с охранниками пару раз, но успеха не достигает. Возможно, они даже не знают меканского.

Лейб прикрывает глаза, но вместо сна под веками мелькают случайные сцены.

…Рури лежит на кровати, вытянув над головой руки и разглядывая дурацкий неоновый лак на ногтях. Тёмные волосы волной разметались по подушке, спадают вниз, к полу – Лейб, кажется, и не встречал девчонок с настолько длинными, особенно с последней модой на короткие стрижки кислотных цветов. Удивительно, что Рури не следует ей. В комнате душно – Лейб пытался собрать кондиционер, но пока не раздобыл ещё кое-каких деталей. Кажется, что жарче может быть только в жерле вулкана, поэтому из одежды на Рури только тонкий, едва не прозрачный топик и трусы с каким-то глупым принтом. Кажется, котики. Рури говорит о всякой пустой ерунде, а Лейб любуется её загорелыми ногами, хотя должен возиться со схемой. Как можно возиться со схемой в такую жару и рядом с полуголой Рури? Её браслет – плетёный, не со схемами, – тоже валяется где-то, и ничего не скрывает шрам на предплечье. На прошлой неделе на свалке нашли труп с таким же шрамом…

…Лейб путано объясняет принцип работы излучателя, который придирчиво крутит в руках южанин с огромным носом, и старается не показывать раздражения. Набел обещал привести кого-то из «дикарей», но, похоже, говорил слишком буквально: татуировки банды Герзе Лейб нигде не видит. Только непрозрачные признаки иммиграции. Лейб надеется, что гость хотя бы понимает всё, что он говорит. Во всяком случае, носатый остаётся доволен. Когда Лейб спрашивает о нём у Набела позже, тот смеётся. Ну конечно, говорит, у него нет татуировки. Герзе очень щепетильно относится к своему телу…