А Мабья одёргивает:

– Не донимай его! Лучше помоги доползти до ванной, весь в грязи.

– Не надо. Я потом.

Да и какой толк от помощи Рисны, если она Есто и до плеча пока не достаёт.

– Лейбу твоему едва ли станет лучше от того, что сидишь рядышком, – едко поддевает Мабья.

Есто отмахивается.

– Лейб связан сделкой, поправится. Я боюсь, что к нам кто-нибудь нагрянет.

Мабья щурится сосредоточенно и цепко.

– За вами хвост?

– Не знаю точно. – Есто дёргает плечом. – Мы пересеклись на Кровавом перевале. Недолго, но, может, они успели считать сигнал. Потом летали над нами, не видели. Но там могли горы сбивать.

Рисна приподнимается и опускается на носках, держась обеими руками за косяк. Не может без движения. Двенадцать лет…

Мабья цокает языком.

– И кто они?

– Банда Герзе.

Отложив аптечку, Мабья витиевато матерится.

– А мне запрещаешь! – завистливо тянет Рисна.

– А ты пока сопля мелкая, – отрезает Мабья, даже не глядя на неё. – Лучше принеси ему чистой одежды.

Рисна дует губы, но убегает – быстро-быстро, и наверняка вернётся, схватив первую попавшуюся.

– А что Сейга? – негромко спрашивает Мабья, когда шлепки босых ног удаляются. – Она ведь тоже в это вмешана?

Есто хмурится и проводит рукой по лицу.

– Она… не вмешана. Мы созванивались где-то сутки назад. Она сказала, что не сможет помочь на перевале, что будут проблемы с Вайно. Мы вроде бы договорились, что она приедет сюда. Лейб знает кое-что, ей будет интересно. Но связь оборвалась, и я не знаю… Может, на самом деле она отказалась или ещё что. …Мне не стоило сюда идти.

В углу вместо старой вазы теперь стоит надколотый горшок с искусственным – из проволоки и стекляшек – деревом, скрученным Рисной. А журналы она растащила на вырезки и фигурки из бумаги.

– Уже пришёл. Думаешь, они нападут? На Сейгиной земле-то.

– Могут. Не знаю. – Есто встряхивает головой и зарывается рукой в волосы. – Ничего не знаю, Мабья. Мы с Лейбом договаривались только на путь до Карно. Дальше я не вижу. Я могу посчитать, будто мы говорили о городе. Буду видеть ещё немного, но Лейб не выживет.

Да и плевать бы на Лейба, только тогда выходит, что все усилия зря, и лекарства потрачены зря, а за них ещё платить. И Мабья с Рисной в опасности зря. И если разработки Лейба не окажутся вправду такими важными, чтоб окупить всё это – честное слово, Есто убьёт его без всяких ритуалов и помощи Герзе.

– А если я заключу с тобой сделку на защиту? – спрашивает Мабья после короткого раздумья.

– Тебе нельзя. Мы много раз говорили, я не буду.

– А если я? – Рисна стоит в дверях с охапкой неаккуратно подхваченных вещей.

Есто раздражённо поднимается с места, выхватывает одежду и идёт в ванную. Открывает холодную воду, умывается, фыркая. В раковине остаются грязно-розовые потёки.

А Сейга недоступна.

Есто поднимает голову и видит в зеркале мутный смазанный силуэт. Вроде бы всё на месте, а какое лицо – не понять. Вроде бы есть волосы. А может, нет. Плечи то ли широкие, то ли узкие. Кожа не то светлая, не то тёмная.

Скорее тёмная, но это потому что здесь, в Тайко, люди чаще представляют её смуглой – привычно. И даже Рури у Лейба загорелая. Вроде как след остался.

С Мабьей небезопасно заключать сделку, даже если она не будет называть именем сына. Неизвестно, как среагирует новое. Есто всё равно чувствует образ, который накладывает Мабья: мужчину лет тридцати со смесью тайчанских и меканских черт. В отличие от Дайно, у него совершенно седые волосы, крупная родинка на щеке, на носу горбинка, как от неверно сросшегося перелома, глаза более раскосые и кожа немного темней – может быть, так Мабья представляет жителей Альх-Атахе. Она очень старалась сделать Есто менее похожим на Дайно.

Рисна видит иначе. Младше лет на десять-пятнадцать, волосы чёрные, черты лица совсем другие. Похож на саму Рисну. Она никогда не называла имени, но Есто знает, что это её старший брат. Они росли вместе в полуразрушенном доме в Карно, брат подрабатывал где-то, а однажды вечером не пришёл. И к утру, и к следующему вечеру тоже. Это Рисна рассказывала сама.

Мабье много лет для человека, у неё проблемы с давлением и неважный запас сил. У Рисны ещё всё впереди, но дети – нестабильные источники, хрупкие, даже если полные. А ещё внушаемые. Очень легко лепят образы, попробуй отдери.

Ладно, в сторону это.

Может, дети не настолько уж и хрупкие. Особенно если подвести к правильным вопросам, научить заключать сделки безопасно. Есто не может выложить всё вот так без повода, но Мабья умная, сообразит, спросит.

Кажется, будто мутное отражение хмурится. Есто раздражённо проводит по нему мокрой ладонью, ещё сильней размывая.

Чего терять время? Если Сейга не приедет, а вместо неё здесь появятся люди Герзе, так ни для кого точно не будет лучше.

Есто всё-таки быстро залезает в душ, потом одевается в чистое.