«Тин? Тин Дану? Стрекозу?» — подумал актёр.

— Да!

— Уверена?

— Да! Надо её найти! Мне её сам Сэнда Гелл подарил!

Девушки и дети посмотрели друг на друга и продолжили искать. Алтан взялся за тележку и шагнул вперёд. Чаганцы не взглянули на актёра. Колёса скрипнули. Краем глаза актёр увидел тень: это был белый дракон. Он взмахнул длинным хвостом. В следующее мгновение резкий прорыв ветра разметал листья, и Алтан заметил подвеску, напоминающую стрекозу: она лежала в пыли в двух шагах от него…

Теперь Алтану предстояло придумать красивую ложь. Чаритон должен был на неё клюнуть.

Актёр оставил тележку во дворе, рядом с клеткой, в которой копошился белый кролик. Подпрыгнув, Алтан сорвал с яблони крепкое красное яблоко. На землю посыпались жёлтые листья. Быстро забежав в дом, актёр скинул с плеч чёрный плащ и сел за стол, где лежала бумага и стоял пузырёк с тушью. Откусив от плода кусочек, мужчина медленно прожевал его, глядя на пустой лист, проглотил и пробормотал:

— Эта прелестная девушка меня вдохновила…

Алтан склонился над черновиками и взял левой рукой кисть. Через пару мгновений на белом листе бумаги появилось слово «Стрекоза», написанное аккуратным каллиграфическим почерком. Позади послышались лёгкие шаги. Тонкие женские руки обвили его шею.

— Когда ты успела войти? — сказал он, откладывая яблоко.

— Только что, — произнесла гостья сладким медовым голосом.

— Поможешь мне постирать и просушить мою одежду? — съязвил актёр.

— Не зли меня, — прошептала Малони ему на ухо.

Затем она чмокнула его в щёку и отстранилась.

— Ты же должна быть на работе! — ответил актёр, быстро вытирая её слюни.

Кожу защипало.

— Я подложила под человека одну девочку, похожую на меня, и ушла. Он был так пьян, что не заметил.

— Ты принесла свой яд?

Малони подала ему пузатый пузырёк и сказала:

— Я к нему ещё цикуту добавила.

— Чудесно, — улыбнулся актёр. — Меня одна чаганка назвала общипанным. Она ответит за свои слова.

Потом Малони ушла. Алтан погладил черновики и проговорил:

— Всё готово к представлению «Стрекоза»!

Внезапно его живот скрутило. Актёр скрючился, резко встал и метнулся в уборную. Прошло несколько минут. Алтан вышел крайне недовольный: «А что я ел недавно? Не помню… Немытые яблоки? Непорядок. К завтрашнему представлению я должен хорошо выглядеть!». Актёр ушёл в комнату, сплошь увешанную зеркалами, и принялся рыться в коробке с травами и порошками, приговаривая:

— Не то, не то, не то… Закончилось?

Перебрав все коробки, он вздохнул, накинул чёрный плащ на плечи и вышел во двор.

Уже сильно стемнело. Лишь только кролики белыми пятнами маячили в клетках. Алтан просунул палец сквозь решётку и погладил одного зверька, сидевшего слишком близко. Но кролик резко дёрнулся и попытался его укусить.

— А кажешься таким пушистым… — пробормотал мужчина.

«Совсем как я», — улыбнулся он. Вспомнив, что забыл яблоки, актёр вернулся домой, захватил плоды и пошёл к лекарю.

Возле Серого Дома Алтан услышал знакомый голос: это был Гелл. Актёр стал быстро подниматься.

— Подождите! Подождите! — кричала женщина. — Лекарь уже принимает!

Но актёр постучал в двери и тут же их раздвинул их, сказав:

— Мне очень срочно, господин лекарь! Прошу простить! Я даже вот яблок по пути собрал, что бы вы не так сильно злились на моё вопиющее поведение. Прошу: примите их! Но мне действительно срочно!

— Что случилось? — спросил этот дурак.

— Средство от поноса.

Гелл прыснул в кулак. Актёр смерил его уничтожающим взглядом и, лучезарно улыбнувшись, поставил корзину с плодами на стол. Лекарь вздохнул, поставил какой-то пузырёк на стол и подошёл к шкафу. Вскоре он нашёл нужное лекарство и подал его. Актёр снова грозно посмотрел на Гелла и вышел вон, улыбаясь и думая о том, что Гелл должен стать семнадцатым… Следующая мысль заставила его улыбнуться сильнее: «Когда вскроется вся правда, Ран Борг по старой памяти побежит туда, где вырос. На Цветочную. В свой приют. Чаритон об этом узнает. Придёт. Наверное, приведёт с собой свою хихикающую собаку. А там и Туманная недалеко. И дом Тиома с его мамашей-болтуном… Собака возьмёт след… Двоих кроликов одним яблоком! Ай да я!».