Они лежали в покосившемся амбаре вблизи дороги на Балстро, что ведет вдоль реки Ней. Было раннее утро, снаружи топали солдатские сапоги; он видел сквозь щели скопление людей в небесно-синих мундирах Гриза.

Грегар постарался лежать как можно тихо и незаметно.

После долгого, мучительного ожидания раздался хриплый женский голос: - Мы знаем, вы там! Вылазьте!

Грегар сердито глянул на Харая, прошипев: - Ты сказал, они даже не заметят!

– Я провел нас далеко!
– прошипел тот.

– Да я полдороги тащил тебя!

Харай пренебрежительно замахал руками.
– Я не привычен к таким переходам - кто знал, что это так чертовски далеко?

– Вы там выйдете?
– заревела женщина.
– Скорее! Мы не можем ждать весь день.

Грегар снова засверкал глазами на Харая.

– Может, они не знают, что мы именно тут, - шепнул парень.
– Может, они просто...

Он заткнулся, когда горящий сук влетел в открытую дверь и упал среди соломы и щепок. За ним последовала порция масла. Пламя занялось немедленно.

Грегар тряхнул сообщника.
– Колдуй! Надо убираться!

Парень нахохлился.
– Моя магия не того типа... но идея есть.

Грегар отпустил его, закашлявшись в кулак. Дым валил все гуще.
– Отлично! И что? Какая идея?

Харай побежал к выходу и перескочил пламя, вопя: - Сдаюсь! Не убивайте!

Грегар взмахнул руками.
– Вот оно что? Вот твой план?
– Покрутил головой, обнаружив единственное "оружие" - серп - сжал в руке и побежал за Хараем.

Миновав дым, он встал, моргая, и бросил серп: солдаты нацелили на них арбалеты. Харай уже повалился на колени, поднял руки.

Толстая женщина-сержант без спешки связала им руки за спиной, кожаными ремнями.
– Подобную вам дрянь мы всегда ловим, - зарычала она и отвесила Грегару тумак.
– Это за беспокойство, ты, каменщик тупее камня. А ты, - встряхнула она Харая, словно крысу, - хозяин успел рассказать, какой ты хитрый. Смотри, я слежу!

Солдаты заставили их встать и повели на дорогу, где поджидала клетка на колесах. Грегар рыкнул на Харая: - Вот твой план.
– Однако спутник казался вовсе не огорченным, он даже широко улыбался, откровенно подмигивая Грегару.

Сержант заперла дверь и вернулась к отряду. Проревела приказ, веля унять пожар. Похоже, она думала слишком недолго, решив выкурить беглецов из собственности Гриза.

Грегар бросился в прелую солому. Рудники. Или сразу казнь за побег?

Фургон сильно закачался. Он поднял голову и простонал: - Что у вас там, ради Худа?

Приятеля в клетке не было. Да, дверь открылась и Харай вылез на крышу, словно паук размером с человека, нацелившийся на сиденье возчика.

– Хватай поводья!
– велел Грегар, подбираясь к переду клетки.

– Где они?

– Поводья! Те веревки!

Парень спрыгнул на сиденье.
– Эти, плетеные?

– Ага. Хватай! Хлопай ими, понукай!

Харай дернул, явив свою слабость. Лошади, старые забитые животины, только обернулись, удивленно глядя на него.

– Я сказал, хлопай!
– заорал Грегар.

Крики тревоги отозвались от горящего сарая.

Харай хлопнул поводьями как сумел и даже что-то крикнул, но все заглушил леденящий вопль, изданный Грегаром. Лошади вздрогнули и потрусили по разбитым глинистым колеям. К счастью, на север.

Одна оказалась совсем обессиленной и встала среди густого леса. Харай и Грегар спрыгнули с фургона. Одним движением запястья странный парень развязал ремень Грегара. Поглядел на него.
– Что теперь?

Сперва Грегару захотелось высвободить вторую лошадь из постромок и сесть верхом, но он, каменщик, никогда прежде так не делал. Тогда он поглядел в окрестный лес.
– Лучше пойти напрямик.

Харай содрогнулся.
– Правда? То есть, по дороге было бы легче....

– Они пошлют за нами верховых. Скорее, за тобой. Им ведь нужен ты? За меня не дадут и гнутого...

Парень сгорбился, будто ожидая побоев; от такого зрелища в груди у Грегара заломило. Он отвел глаза, моргнул и буркнул: - Надо идти. За мной.

Они некое время шли через лес (точнее, Грегар шел, Харай же спотыкался, падал и бранился, ломая ветки и сотрясая кусты). Каменщик вздыхал и останавливался, поджидая его. Когда сгустилась ночь, Харай закашлялся и предложил: - Э... у нас нет еды...

– Только заметил?

– И воды.

– Точно.

– Так... что ты задумал?

– Охотиться умеешь?