Придя к Тали, я продемонстрировала ей обновку, и та, испугавшись, без разбега запрыгнула на свою кровать, хотя стояла посреди комнаты.

— Будущий император подарил, — сообщила я ей, нежно рассматривая обновку.

Она прыснула от смеха.

— Как у тебя с Лерсом? — спросила я, когда мы закончили веселиться.

Отталия помрачнела.

— Никак. Когда Рика объявили наследником, пришлось отбросить маскарад, да и смысла в нём больше не было: нетрудно провести параллель. Теперь вокруг меня вьются парни, которым раньше до меня и дела не было. А Лерс, хоть и общается со мной, делает это официально. «Здравствуйте, ваше высочество». «Извините, что не предупредил о дополнительном задании, ваше высочество. «Прошу прощения, ваше высочество, я занял вам место в столовой». А ещё, как только на горизонте появляется кто-то из так называемых чистокровных, он тут же куда-то исчезает. И игра в дыробол стала просто кошмаром из-за этих придурков, желающих меня защитить, ты же сама видела.

Тали огорчённо махнула рукой и замолчала.

О да, последнюю игру я смотрела, спрятав лицо в ладонях и сквозь растопыренные пальцы наблюдая за действиями команды, в которой играли Тали и Лерс: абсолютно вся команда встала вокруг Тали, защищая её от случайного удара мяча, а команда противников ни разу не рискнула открыть микрочервоточину рядом с сестрой императора. Надо ли говорить, что игра не состоялась?

— А знаешь, как теперь приходится Рику? — грустно спросила она.

Конечно я знала. В один момент большая часть кадеток, учившихся в школе навигаторов, попытались привлечь внимание будущего императора. Я не раз видела, как девушки при виде Рика начинали облизывать или прикусывать губы, поправлять одежду в районе груди или взбивать волосы.

А ещё девчонки, зная о нашей дружбе, часто шипели вслед:

— Да что он нашёл в этой деревенщине?!

Пару раз благородные девицы из древних вигских семей пытались вцепиться мне в волосы. Не на ту напали! Наследницы чистокровных навигаторских домов уходили прочь с выдранными волосами, разбитыми губами и синяками, да ещё и в порванной одежде. Ещё бы, куда им было тягаться со мной. Им ведь не приходилось отстаивать свою честь в деревенских драках, где или ты, или тебя.

Мне тоже иногда доставалось, и тогда Дживс предлагал:

— Одалинн, вы можете подать рапорт…

— Ну что ты, Дживс, это же между нами, девочками, не стоит беспокоить ректора. — Каждый раз отвечала я.

А ещё я знала, что Рик стал часто ночевать у Тали. В его отсеке почти каждый день дежурила одна из поклонниц. Однажды я, как обычно, зашла за Тали перед завтраком и застала Рика в одном полотенце: он только что вышел из душа. Резко отвернувшись, я уставилась в дверь отсека.

— Да ладно, Линн, — попытался пошутить Рик, — ну и чего ты не видела на уроках экстренной помощи?

— Наверное, голого императора? — вопросом на вопрос ответила я, краснея.

Рик лишь задорно рассмеялся, и краем уха я уловила шуршание одежды. Даже случайный взгляд на него будоражил сознание. Высокий, стройный, мускулистый, с кубиками на животе… И эта обаятельная улыбка…

Этот учебный год оказался каким-то сумбурным. Лекции, практики, стажировки, защиты курсовых работ, снова лекции.

На медицинской практике, которая проходила в столичных госпиталях Франгаг, мы научились зашивать и запаивать раны, фиксировать переломы, интерпретировать данные исследований. Научились отличать антибиотики от слабительного, а препараты для стимулирования сердечных мышц от средств от прыщей.

На лётном деле мы давно и уверенно водили катера, челноки, небольшие крейсеры. Во время практики нас даже брали в патрулирование вокруг Франгаг.

А ещё… Я наконец уела политикана нье' Моттекса!

— Лииин, — довольно протянул Писк в один из вечеров, — я тут такое нарыл про твоего преподавателя дипломатии…

Я оторвалась от планшета.

— Ну давай, рассказывай!

И Писк рассказал.

Да уж, такого я не ожидала от душки-советника императора по внешней политике. Но ведь нужна была вигу отдушина?! Почему бы и не такая?

Оказалось, наш любитель злых острот обожал рисовать… И не просто рисовать, а ещё и зарабатывать на этом. Он… Он был дизайнером известных на Франгаг женских головных уборов! Господин нье' Моттекс очень тщательно скрывал этот факт, его эскизы и образцы уходили на фабрики под псевдонимом «Творец», и отправлял он их туда через разные миры, разные почтовые программы и с помощью шифрования.

— Писк, коллекции раскупаются, едва поступают в продажу. Многие дамы высшего света носят шляпки, изготовленные по его эскизам! Даже у принцессы есть несколько головных уборов под официальные дневные туалеты. Почему нье' Моттекс это скрывает?!

— Видишь ли, Линн, у господина советника много недоброжелателей, и они с удовольствием уничтожат его карьеру политика, а это невинное увлечение обольют грязью и выставят как что-то непотребное.

Писк был прав, вредный старикан нье' Моттекс, несомненно, имел множество политических врагов и конкурентов. И иногда он даже заслуживал того, чтобы с него сбили спесь. Но я подозревала, что император не зря держит на службе этого вига.

— Зато у него будет, чем заняться в старости, — задумчиво сказала я, листая эскизы последней коллекции.