— Главное завтра об этом не пожалеть, — хмыкает в ответ.

Внезапно боковым зрением замечаю, как кто-то словно из-под земли вырастает. Сцену загораживает, да еще и тень отбрасывает.

— Эй, мужик, ты не мог бы подвинуться? — грубо зыркаю. Рассудок вообще не включаю. — Смотреть мешаешь.

— А твоя подруга права, — раздается хриплый баритон. — Главное, чтобы ты завтра об этом не пожалела.

С титановым терпением говорит. Его голос будто по кровотоку разносится, посылая стаи мурашек по коже.

Я поднимаю голову и пьяно усмехаюсь.

— А ты чего тут? Тоже пришел на сцене позажигать? Так раздевайся.

Тимур прожигает меня таким взглядом, что я чуть не плавлюсь под ним. Злится, похоже.

Вот и отлично. Усну счастливой, зная, что у него нервный тик вызываю.

Перед глазами долбаные звездочки, поэтому я не спешу вставать. А то еще рухну ему прямо под ноги. До жути стыдно будет.

Раевский оценивает обстановку и, наконец, отходит. Я не успеваю этому обрадоваться, потому что он рядом садится. Да так, что я бедром его ногу чувствую, а загребущие руки на талии устраиваются.

Эх, зря я с кем-то не потанцевала. Было бы еще веселее.

На шее кадык дергается, а тонкие губы в одну линию сжимаются.

— Смотрю, ты навеселе. Завтра также будет круто, когда в моем доме проснешься? – взгляд на руку падает. — И даже без обручального кольца.

— Я же не дура, чтобы с ним мужиков кадрить. Ко мне бы никто и не подошел.

— Я видел. Желающих много, однако.

— Вот именно. Так что проваливай. Сделай милость.

— Это мой клуб, Мирослава, — припечатывает, обжигая горячим дыханием. — Так что вечеринка закончена.

14

Нервный тик не дает мне покоя. Кажется, именно в этот момент я по-настоящему понимаю, что значит задохнуться от злости. В районе груди кожа буквально вскипает, а кровь в жилах стынет.

Нет слов. Хотя чему я удивляюсь. Раевский вряд ли бы ограничился простой недвижимостью. Для него это слишком скучно, вот и скупает то, что самому нравится.

Хорош муженек.

— Какой же ты подлый, — я вообще не соображаю.

Мне горько и обидно. А этот еще сидит с ухмыляющейся рожей и моей реакцией наслаждается.

Ладно. Хочет настоящих эмоций — он их получит.

Дергаю ладонью, чтобы залепить пощечину, но не успеваю. Стальные пальцы смыкаются на запястье и больно дергают мою руку, да с такой резкостью, что я буквально заваливаюсь на него, изо всех сил цепляясь за рубашку.

— В прошлый раз я дал тебе разрешение, но ты им не воспользовалась. Теперь поздно, — скользит рукой по оголенным участкам тела, отчего я тут же вздрагиваю и пытаюсь отстраниться, но он не позволяет. — Долго будешь меня бесить?

— Да плевать мне на тебя, — жадно глотаю воздух, тщетно пытаясь сохранить спокойствие. — Мир не крутится вокруг твоей задницы, понятно?

Хотя он прав. Все мои действия продиктованы желанием ударить. Да побольнее, чтобы хоть чуть-чуть в моей шкуре побыл.

— Мира, — голос Алины с трудом до меня добирается.

Ей снова неловко, и всё из-за меня. Ну почему я такой магнит для проблем?

Ерзаю, пытаюсь слезть и тут же каменею, услышав нарочито хриплое:

— Ты бы не дергалась так сильно, а то мысли не в ту сторону уходят.

Краска бросается мне в лицо, когда я понимаю, к чему он клонит. Но взгляд не отвожу, рассматривая жесткие черты лица, в которых нет ни капли того, что я хочу увидеть. Тимур не имеет никакого права злиться и все же продолжает это делать. Теплым дыханием касается губ, ладонью фиксирует тело, а второй рукой с какой-то меланхолией поглаживает щеки.

Уловив аромат знакомого одеколона и кислого привкуса вина, я снова теряю точку опоры. От него, как и от меня, разит алкоголем, хотя вначале я этого и не почувствовала.

— Уже отпраздновал? — сквозь зубы выдыхаю.

Бесит, что он продолжает наслаждаться жизнью, в то время как я собираю себя по кусочкам.

А к черту.

Бессильно бью его по груди, будучи уверенной, что он снова не поддастся, но на удивление Раевский ослабляет хватку. Голова идет кругом.

Я поднимаюсь, слегка пошатываясь, и сквозь муть в глазах пытаюсь отыскать выход. Удачно, что тусовку и правда прикрыли, а я этого даже не заметила. Стихла музыка, сцена опустела, а вместо мутного неона включили нормальный свет.