Только?!

— А паспорт? — передергиваю плечами, избавляясь от силков.

Все равно бежать некуда. Как двери откроют, тогда шанс и появится.

— Надо было лучше прятать свою сумочку.

Нет. Надо было бежать в ту же секунду, когда он впервые притянул меня к себе и заявил свои права. Именно в тот момент начались шутки и игры на публику.

А сегодня они закончатся.

13

Я чувствую себя так, словно до этого была слепой, а сейчас наконец-то прозрела. Его рука, накрывшая мою сверху, острый взгляд, хватающийся за каждую эмоцию, и напряженное положение тела, готового в любой момент рвануть вперед и снова пригвоздить меня к месту…

Всё кристально ясно. Цель прежде всего. И пусть мне хочется заорать во всю глотку, я этого не сделаю. Что такое штамп в паспорте? Простая формальность. Плевать мне на него. Вон, за Димку без сомнений выскочила. Теперь за Раевского выйду.

Никакой разницы. Только разные фамилии.

Я использовала Диму, а Тимур — меня. Возможно, это карма.

Дерьмовое оправдание.

Мы подъезжаем к шипиловскому загсу и паркуемся с другой стороны. Я смотрю на Тимура и усмехаюсь. Ход его мыслей мне понятен: привлечь как можно меньше внимания. А орущая невеста не особо в это вписывается. Вот и приказал рядом с парком встать. Тут тебе и деревья, и огороженная территория — далеко не убежишь.

— Тимур, — звук собственного голоса посылает мороз по коже, — могу я тебя попросить кое о чем?

— Конечно, — с легкостью соглашается.

А я поджимаю пятки и в струну вытягиваюсь, чтобы проще было. Не дай бог голос надломится.

— После всего этого, — киваю на красивое здание с витыми колоннами, — пообещай мне, что я больше никогда тебя не увижу.

С замирающим сердцем улавливаю перемены. Как сквозь маску хладнокровия на его лице проявляется что-то еще. Что-то такое, во что я никогда не поверю, потому и отворачиваюсь. Не могу взгляд вынести, литрами горечь глотаю.

Похоже, не это он ожидал услышать.

— Не проси невозможного.

Фраза будто по слогам до ушей долетает. Звучит как издевка.

С учетом того, что он провернул за моей спиной, разве есть что-то невозможное?

— Ладно, — желчно выплевываю, — тогда можно я тебе врежу?

Ладонь на самом деле жжет от непереносимого желания пройтись по дьявольски красивому лицу, но, когда я выдаю откровенно неразумную просьбу, не ожидая ничего, кроме усмешки, Тимур поступает еще более глупо.

— Давай.

Чего греха таить — я бы с радостью, но даже если хорошенько вмажу, легче мне не станет.

Мотаю головой и торопливо выхожу на улицу. Мне сейчас не пощечину залепить нужно. Он наверняка даже не почувствует. Груша для битья лучше подойдет.

В тишине мы доходим до загса. Точнее, я под конвоем в виде будущего муженька и его верного охранника доползаю до «священного» места. Здесь слезы счастья роняют, а у нас на лицах ни одна мышца не дергается.

Как и ожидалось, из гостей лишь дядя Тимура и парочка незнакомых мне людей. Сомневаюсь, что даже Раевский их знает. Чисто для отвода глаз привели.

— Давайте начнем.

Акриловая шкатулка в его руках. Кольца, тяжким бременем отпечатавшиеся на безымянном пальце. Всё через муть в глазах подмечаю.

В торжественном и просторном зале настолько тихо, что наши шаги эхом отдаются от стен и высокого потолка. Всю речь я пропускаю и даже успешно отмалчиваюсь в момент, когда стоит говорить лишь одно.

Да.

Я вздрагиваю, внезапно ощутив, как горячая рука Тимура скользит по спине, обнимает за талию. Воздух из легких выбивает.

— Я согласна, — резко выдыхаю и немного отстраняюсь. Одно слово, а дается через силу.

Его «да» звучит куда убедительнее моего.

Даже думать не хочу. Белый шум в голове. Ноги не держат, еще и платье тело сдавливает.

Надеюсь, мы пропустим идиотскую часть с поцелуем, но, кажется, зря.

— Можете поцеловать невесту.

Всё это формально, чисто для вида и пары фоток, которые обязательно выйдут в желтой прессе. Я это понимаю, Тимур это понимает, но все равно поступает по-своему.

Весомо надавливает на талию, притягивая ближе, и резко впивается в губы. Чтобы было удобнее, хватает за волосы, наплевав на прическу, и запрокидывает голову. Углубляет поцелуй, жадно смакуя каждую минуту.

А мы ведь не одни. И оттого еще более неловко.

Я подписывалась на фейковые отношения, а тут даже близорукий разглядит, что притворством и не пахнет.

В голове странно шумит, лицо вспыхивает, а сердце несколько ударов пропускает.

Ненасытная ласка губ все мысли выбивает. Чувствую, что еще немного, и я окончательно рехнусь. Тихонько ладонью отталкиваю.