И это понял после того, как связался с Хрустевым, сообщившим, что не отреагировал на вызов из-за директора школы. Тот находился в реанимации.

— Попытка убийства. Стреляли девяткой. Топорная работа, но в то же время, следов нет.

— В каком состоянии Степаныч?

— На грани.

Наверное, сообщи он мне о смерти, было бы лучше. Потому как терпеть неопределенка — это выше моих сил! Особенно, если знаешь, что Степаныча достали в собственной квартире.

После разговора с Хрустевым, пришлось успокаивать маму. Она позвонила и со страхом в голосе произнесла даже не поздоровавшись:

— Женечка, скажи, он жив?

В последний раз она переживала так, когда Катюша разлила кипяток и ошпарила пальцы на ногах. Я словно видел наяву бледное лицо матери, потерю контроля над ситуацией и шок, с которым мы боролись вместе. Она всегда переживала, боясь недоглядеть за ребенком и подвести меня, хотя я полностью ей доверял, зная, что сам лучше не справлюсь.

— Жив. В реанимации. Все будет хорошо, мам.

— Жень, я могу его проведать?

— Это опасно, — попытался предостеречь ее от глупостей.

— Алмазный сказал, что обеспечит защитой, если понадобится. У него тут есть несколько крепких ребят…

— Мама! Это опасно. Они подожгли школу, думаешь не смогут напасть на беззащитную женщину?

О том, что Танат вот уже десятилетие, а то и больше, пользуется маленькими девочками, я говорить не стал, хотя стоило, потому как уже через минут десять Алмазный сам позвонил и предложил помощь и защиту.

Мало в моей жизни проблем, так еще и за нее переживать! Поняв, что мать не остановить, и Степаныч ей по-настоящему дорог, я лишь попросил их быть осторожными.

В моей жизни случалось разное. Когда имеешь дело с преступниками, сталкиваешься с такими ужасами, которые даже в кошмарах не снятся. Но даже, когда мы расследовали дела с маньяками, убийцами и абсолютно невменяемыми психами, я не испытывал страха. Люди нашей профессии со временем черствеют и не воспринимают ситуацию, как нечто из ряда вон выходящее. Но сегодня, сейчас, в это самое мгновение, уставившись на стол, я испытал нечто похожее не ужас. Представил, как теряю близких, и скрежет собственных зубов напугал меня.

Насколько далеко можно зайти в желании заполучить понравившуюся женщину? И зачем ее брать силой, ломать и потом выбрасывать голодным псам на обгладывание?

Стук в дверь вывел из темных раздумий.

— Можно?

В кабинет вошла Кристина. Все такая же женственная, на каблуках, в обтягивающей юбке, но на этот раз застегнутой на все пуговицы рубашке. Видимо, мое замечание было воспринято всерьез. Хотя нет, красная помада на губах и слипнувшаяся на ресницах тушь указывали на тщательную подготовку. Неужели одной ничего не значащей ночи хватило, чтобы обрести надежду на совместное будущее? Ну не настолько же она наивна?

— Я слышала о школе. Ты как?

— У тебя что-то срочное? — Ее невинное выражение лица и участие меня раздражали. Возможно, тяжелый день сказался на моем восприятии, но именно с такой улыбкой она флиртовала с нашим общим коллегой. Да, это меня выводило из себя и одновременно дарило облегчение. Сегодня мы расставим точки над “и”. А вечером, несмотря на сложности и риски, я позвоню Еве. Все же мужики не идиоты, и способны увидеть, кто действительно им рад, а для кого они — временный эпизод.

— Жень, не будь грубым. Я пришла поддержать.

— Мне не нужна поддержка. Сам справлюсь.

Она обошла мой стол и приблизилась. Такая знакомая техника соблазнения, но настолько опостылевшая…

— Ты на себя весь флакон что ли вылила?

— Что? — Моя бывшая любовница остановилась на расстоянии вытянутой руки.

— Кристина, я устал. Найди себе нормального мужика и построй с ним крепкие отношения. Мне вот этих игр уже хватает сполна.

— Ты так говоришь, словно у тебя кто-то появился.

Я откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. На меня тут же накатила сонливость, и я громко зевнул.

— Черт! Не выспался.

— Волков, ты издеваешься? — повысила она голос, вызвав тем самым головную боль. Сегодня для полного счастья мне не хватало только одного — пилы с шестилетним стажем. — Я думала, мы решили быть вместе.

— С чего ты решила, будто мы вместе. Кристина, ты сейчас серьезно? — спросил ее устало. — Ты пригласила меня на ужин, я занялся с тобой сексом. Каждый получил то, что хотел, и остался доволен. Не считай меня за лоха.