— Гирем, — снова попыталась урезонить своего ревнивца. Не хотелось бы, чтобы мальчишка пострадал из-за глупой ревности ночного короля, — ты слишком подозрителен…

— И именно поэтому ее жив, — согласился он. Открыл глаза и посмотрел на меня без тени улыбки. — Пойдем к Жерену. Надо с ним посоветоваться. Но даже не думай, — напомнил, — ни о каком оружии. Поняла?

Я кинула. А смысл спорить? Я все равно сделаю так, как сама считаю нужным.

Вскоре мы с Гиремом уже сидели в кабинете у Жерена. Они расположились за столом, а меня усадили в небольшое уютное кресло у окна рядом с высокими, до потолка книжными шкафами.

Я смотрела на хмурых мужчин, и мне было немного смешно. Не зря, видать Зирна боялась, что Гирем ревновать будет. Она-то его дольше меня знает, значит были поводы усомниться в его благоразумии. Я невольно представила, что он относился к кому-то так же как ко мне… И ощутила, как это неприятно. Пожалуй, я тоже не смогла бы отреагировать на такое спокойно.

— Елька, — Жерен по праву хозяина, сидел за столом, а Гирем на стуле для посетителей, — рассказывай, что с тобой случилось сегодня утром.

Пришлось рассказать все, что со мной произошло, до мельчайших деталей. О том, как я заметила слежку, как спряталась за бочками и увидела того, кто за мной следил, как подслушала разговор между Зирной и кухаркой… они задали мне сотни вопросов, пытаясь выудить из моей памяти как можно больше подробностей.

— Ну, и что думаешь? — хмуро спросил Гирем, когда, наконец-то, вопросы иссякли.

— Думаю, что все не так просто как кажется, — вздохнул Жерен. — Елька говорит, что парень был одет в черное… очевидно, это воровской прикид. Никто не стал бы надевать его для слежки за возлюбленной. Дальше… когда таскаешься за женщиной, которая тебе нравится, невольно стараешься попадаться ей на глаза как можно чаще, чтобы она тебя заметила. Сам так делал, — невесело хмыкнул он, — а тут парень явно не хотел, чтобы его заметили… И последнее… у сына Зирны есть девчонка, с которой он крутит. И это, очевидно, не Елька.

Пока Жерен говорил, я набирала в легкие побольше воздуха, чтобы возмутиться и опровергнуть, но после слов о наличии подружки мгновенно сдулась. Неужели Гирем был прав… нет, он конечно же лучше знает своих людей, но Зирна же должна знать своего сына лучше, чем Гирем!

— Думаешь, — Гирем нахмурился, — он взял заказ?

— Не знаю, — пожал плечами Жерен, — но я разберусь. Мне не нравится, что это может быть связано, с…

— Я понял, — перебил его Гирем. — Ельке это знать совсем не обязательно.

— Хорошо, но мне кажется ты влип.

— Что мне не обязательно знать? — встревожилась я. — Гирем?! Что случилось?!

— Ничего, — мягко улыбнулся он, — иди домой. Мы дальше с Жереном сами разберемся…

— Ну, уж нет! — я вскочила со своего кресла, — я не согласна. Если бы дело меня не касалось, за мной бы не следили. И если уж это бы не влюбленный дурень, то я хочу знать, зачем этот парень таскался за мной по пятам! И никуда не уйду, пока не узнаю!

Выпалила я на одном дыхании. И застыла, сердито глядя на двух нехороших личностей, которые смотрела на меня с усмешкой.

— И ничего смешного, — буркнула я, снова садясь в кресло.

— Она еще собирается учиться у тебя воевать, — фыркнул Гирем. — представляешь, что будет, если дать ей кинжал? Всем придется прятаться…

— Кинжал у меня уже есть, — я разозлилась. Кажется, я никогда не давала повода усомниться в собственном благоразумии. И такое отношение было обидным.

— А вот тут, Гирем, Елька права, — заметил Жерен тихо. — Если кто-то пытается влиять на твои решения через нее, — он замолчал. — Я бы мог позаниматься с ней. Ничего серьезного, — добавил торопливо, видя, как потемнел взгляд Гирема, — просто несколько несложных приемов. На всякий случай.

— Нет, я приставлю к ней своих людей. — Я открыла рот, чтобы возмутиться. Мне не нужны соглядатаи. Но Гирем резко и жестко заявил, — и это не обсуждается, Елька. Все очень серьезно. Тебе повезло, что ты вовремя заметила этого «поклонника», — выделил он голосом это слово. — И мы можем принять меры.

— Гирем, Елька совсем другая, она не пойдет убивать. Но уметь защищаться ей не помешает. И хорошо бы, — Жерен говорил мягко, — если бы ты, Елька, согласилась переехать к Гирему. Сейчас так будет безопаснее и для тебя, и для детей…

— Вот с этим я согласен. Собирай вещи, сегодня вечером перевезут, — велел мне Гирем. — И это тоже не обсуждается!

Вот такого я уже стерпеть не смогла.

— Ты кажется забыл, — тихо, почти полушепотом, заговорила я, заставляя обоих мужчин снизить накал и прислушаться, — что ты мне не муж. Ты, Гирем, всего лишь мой любовник. И я не позволю тебе распоряжаться своей жизнью. И если ты хочешь, чтобы я поступила так, а не иначе, то со мной придется договариваться. Со мной придется считаться. Или, — я встала, — нам лучше расстаться. У меня есть свои планы на жизнь, и твое желание о послушной и покладистой жене, в них не вписывается.