— Сколько ехать? — поинтересовался он, тоскливо оглядывая проплывающий мимо знакомый двор.

— Часа три-четыре.

Макс нагло потянул влево карту на навигаторе, прикидывая, куда за такое время можно добраться по Горьковскому. Ярик сердито на него рявкнул и вернул картинку на место. На пальце у Зарецкого красовался грубоватой работы золотой перстень с квадратным чёрным камнем. Известное, однако, колечко! Макс подозрительно покосился на коллегу.

— С удачей заигрываем?

— Точно. Чтобы без пробок из Москвы выскочить.

— А серьёзно?

— А я серьёзно.

Ой, подумаешь, какие мы скрытные… Повозившись с малопонятными рычагами, Макс нашёл наконец нужный и до упора откинул кресло назад. Ехать чёрт-те куда, чёрт-те зачем — так уж с комфортом. Слабенькое, конечно, утешение. Все планы на выходные — коту под хвост. Звонить теперь инструктору, отменять уроки вождения… И перед Ирой извиняться, что встретиться не выйдет. Хотя она после всех приключений будет, небось, отлёживаться дома весь выторгованный у Анохиной отпуск. И правильно: после близкого знакомства с нежитью самое лучшее, что можно придумать — это покой и отдых. Макс потянулся было за телефоном, но передумал. Время только-только подбирается к шести утра; нормальные люди спят ещё, а не летят на всех парах на выезд из Москвы. Если дачников не считать, конечно.

Некрасов клевал носом до самой кольцевой, а потом, оценив неторопливо расползающуюся по карте красноту, с чистой совестью провалился в сон. Пару раз его будило то резкое движение, то пролетающая мимо машина с мигалкой; потом цивилизация закончилась, дорогу обступили лысоватые сосняки, и дремать уже ничто не мешало. Макс добросовестно продрых до тех пор, пока шефский внедорожник не перестал фырчать двигателем, оставив Некрасова в неуютной тишине.

— Конечная? — спросил Макс, оценивая открывающийся из окон вид.

Перед лобовым стеклом высился безыскусный шиферный забор, начинавшийся из ниоткуда и уходивший в никуда. В правое окно виднелась крошечная привокзальная площадь, живо напомнившая Максу о временах, когда до Москвы он добирался электричками, иногда удирая по таким вот полустаночкам от грозных железнодорожных контролёров. Кто, интересно, додумался именовать одним и тем же словом танковых тётушек с кассовыми терминалами наперевес и сотрудников одного из элитных подразделений Управы?

— Промежуточная, — Зарецкий отстегнул ремень и потянулся в кресле. Устал, поди. Время — десятый час; это же с ума сойти столько за рулём сидеть… — У тебя есть шанс позавтракать.

— Ура, — без особого энтузиазма буркнул Макс, шаря по карманам в поисках сигарет. — Я на вокзалах чебуреки не ем.

— А тебе никто и не предлагает. Мы вон туда.

Некрасов покосился в указанном направлении. Через улицу от них пестрел незнакомыми вывесками не то карликовый торговый центр, не то павильон-переросток. Судя по тому, что некоторые из редких прохожих нет-нет да соблазнялись зайти внутрь, в здании что-то даже функционировало.

— А что там?

— Судя по всему, продуктовый, кое-какие промтовары и забегаловка, — сообщил Ярик, сверившись с телефоном. Аппарат у него, кажется, новый; на прежнем, пострадавшем в пору зимних дежурств, через весь экран тянулась ветвистая трещина. — Хочешь — скажи, чего тебе купить, и сиди тут.

— Не-а, я желаю осмотр достопримечательностей, — Макс первым вылез из машины и всласть потянулся, разминая затёкшие мышцы. — Где мы хоть?

— Тебе интернет отключили или что? — сварливо поинтересовался Зарецкий, тоже выбираясь на свежий воздух. Машина угрожающе щёлкнула дверными замками.

Макс послушно полез в телефон, но никакой значимой информации оттуда не почерпнул. Полустанок звался в честь какого-то там километра чёрт знает в какую сторону, чёрт знает от какой отправной точки. Имя прилипшего к нему не то городка, не то посёлка ничего Максу не говорило. В глобальном смысле они очутились где-то во Владимирской области, в локальном — в тесном продуктовом магазинчике с видавшими виды прилавками и скучающей над лотком с булочками продавщицей. Некрасов по привычке располагающе улыбнулся; дама не оценила и угрожающе подвинулась поближе к допотопному кассовому аппарату. Предоставив Зарецкому распоряжаться закупками, Макс отошёл к дальней витрине.

— На шоколадки не засматривайся, — насмешливо хмыкнул Ярик.

— А тут больше не на что смотреть, — заявил в ответ Макс и тут же прикусил язык: продавщице замечание явно не понравилось. — Где, говоришь, забегаловка?

— Через одну дверь, — Зарецкий, подумав, протянул ему ключи от машины. — Иди, не жди меня.

На гордое звание кафешки заведеньице не тянуло. Так, местный фастфуд, не слишком далеко ушедший от вокзальных чебуреков. Придирчиво принюхавшись к запаху несвежего фритюрного масла, Макс выбрал пару безопасных на вид слоек и затребовал стакан кофе. Сидячих мест здесь не предусмотрели — только круглые столики на высоких ногах, так что завтракать Некрасов побрёл в машину.

У полустанка набирала ход электричка. Немногочисленные сошедшие пассажиры, гружёные кто сумками, кто рассадой, деловито расползались по площадушке: к теснящимся вдоль платформы ларькам, к приземистому зданию станции, к автобусной остановке. На последней уже назревал скандал: две агрессивные дамы дачного вида что-то не поделили и теперь оглашали округу неблагозвучными криками. Молоденькая девушка, занятая изучением расписания, пугливо оглянулась на спорщиц и отодвинулась от них подальше. Макс несколько раз моргнул, размышляя, стоит ли начинать подозревать у себя галлюцинации. По всему выходило, что нет: у столба с обшарпанным информационным щитом, задрав голову и щуря глаза против утреннего солнца, стояла Ира. Некрасов хлебнул паршивенького кофе и направился разбираться.