Сарет ничего не ответил, да она бы и не стала слушать, даже если бы он сейчас упал перед ней на колени и просить прощения. Нитсири высматривала сухие веточки и отдирала кору от деревьев — сидеть здесь им еще долго. Скорее всего, они останутся здесь навсегда.

* * *

— Дай руку.

Викта вернулась с вязанкой хвороста и увидела, что Сарет весь красный от натуги пытается подняться на ноги.

— Ты чего делаешь?

— Не видишь что ли? Пытаюсь встать. Дай руку.

— Никуда ты не пойдешь. Мы остаемся

— Дай руку! — рявкнул Сарет не своим голосом. Викта опешила и чуть не выронила пучок веток. Таким злым она его никогда не видела. На тощей шее даже вены вздулись.

Викта сглотнула, положила хворост и помогла брату подняться. Сарет с надрывом дышал и смог простоять совсем чуть-чуть, прежде чем зашатался и осел на землю.

— Как голова кружится, — выдохнул он, откидываясь на спину.

— Я же говорила, — отвернулась Викта, укладывая растопку. — Никуда ты не пойдешь в таком состоянии. Крови в тебе осталось, наверное, на пол кувшина, а наглости на ведро.

— Ты тоже никуда идти не собираешься, — не остался в долгу Сарет, задыхаясь от усталости. Право, он потратил все силы на эту попытку встать. — Значит, мы пойдем вместе. Здесь сидеть я не смогу, уж прости.

— Не прощу, — бросила она и щелкнула пальцем. Огонек перебросился на кору и принялся заниматься. Повеяло долгожданным теплом. Нитсири отогрела ноги и удостоверилась, что костер держится крепко, собралась побродить по округе еще немного. Но Сарет не унимался.

— Сиди уже!

— Нет, мы пойдем!

— Ты еще не умер от холода, Сарет?

— Конечно же нет!

— Крепкий ты для дурака, который только что собирался свести счеты с жизнью!

— Это моя жизнь. Чего хочу с ней, то и сделаю.

— Пока ты сидишь здесь и греешься у моего костра, будешь делать то, что я велю.

— С чего это этот костер твой?

— Потому что я его собрала и разожгла. С того.

— Стерва.

— Лучше быть умной стервой, чем самоубийцей-неудачником.

— А быть неудачницей нитсири лучше?

Викта вздрогнула.

— Это ты к чему? — вскинула она брови.

— Ты же вообще не смогла найти химеру, так? — быстро заговорил Сарет, не спуская с нее одичавших глаз. — Не отпирайся: ты хныкала, как тебе страшно все дорогу, пока мы ехали. Наверное, руки тряслись, ты зазевалась и упустила своего кошака. А? Не говори только, что я не прав. Потеряла же его вместе с камнем. Или просто струхнула приближаться к химере. Или не смогла свернуть котенку шею — я-то помню, как ты жевала сопли на занятиях. Не кривляйся, ведь все так и было!

— Сарет, ну ты… — нитсири не могла поверить, что слышит от него такие обидные слова. Но брат продолжал, все распалясь:

— Ага, по глазам вижу, что прав, — нагло ухмыльнулся он. — Наверное, на седьмом небе была, когда я отдал тебе свой камень. Ну и где твоя благодарность?

— Сеншес, Сарет… — глухо проговорила Викта, и зло крикнула — Чего ты мелешь?! Нужен мне твой проклятый камень!

— Тогда давай его сюда, не заслужила, — протянул Сарет ладонь.

Викта смотрела на него, не веря ни собственным глазам, ни ушам. Разве… Разве оно так выглядит со стороны? Так мелочно и подло. Неудачница спасла его только для того, чтобы заполучить дармовую силу?

Не может быть. Это он с обиды. С глупой обиды.

Но Сарет все сидел с протянутой рукой…

— На, бл…ь, подавись! — выпалила она и бросила камень брату под ноги. — Делай с ним что хочешь! Хоть съешь!

— Это уже не твое дело, — сказал Сарет, сдувая с камешка невидимые пылинки. — Свободна.

Викта застыла на месте с открытым ртом — хотела обозвать его как можно обиднее, но не смогла выдавить и звука. Он… он прогоняет ее?

— Ты… ты серьезно? — наконец вырвалось из нее.

— Абсолютно. Пошла прочь от меня! — крикнул он, вытащил из огня горящую головешку и швырнул в нее. Викта запищала и бросилась в сторону. Что же это?.. Что же?..

— Сарет, прекрати! — кричала она.

— Уйди! Уйди, тварь! Пошла прочь, гадина! Бл…на!

В ход пошли палочки, которые Викта натаскала, чтобы поддерживать пламя. Сарет разворошил все до чего смог дотянуться и последним, что вырвалось из его рук, стал сам сверкающий философский камень. Сарет одним точным выверенным броском послал его прямо Викте в лоб.