— «Желтая гидра»? А сколько «голов»?

— Три, только позавернуто очень, — усмехаясь, отозвался Убнак. — И обидно даже: узлы распустить не смог, будто юнец какой! Да еще десять часов сидел с этой поганью, пока дверь не открылась. Уф… Пойду пить, есть, спать, а потом закапывать, кто там первый попадется…

— Первый попадется директор, — задумчиво заметила Мелита ему в спину. — Магистры далеко, а Бестию еще закопай…

Скриптор молча изобразил в воздухе скрещенные кости. Он был не лишен чувства юмора.

— Это точно, — согласился Кристо. — Чуть не спалились. И чего ты туда влезла по самые уши, спрашивается?

— Можешь считать, что интуиция…

— Эй! Интуиция — это у меня! — обиделась Мелита. — Ну, так что ты там вычитала? Я запомнила только про последний осенний день.

«В день последний осени, в день великой пытки, трое сойдутся и двое останутся», — не запнувшись, повторил Скриптор.

— Последний день осени… через четыре дня? — недоуменно повторила Мелита. — Какой там день великой пытки?

— День квалификации, — тут же выдал Кристо. — И сойдутся же трое — я, Дара и Бестия. А потом что — двое останутся? Это кого-то из нас она укокошит? То есть, мне уже можно прошлую жизнь вспоминать?

— А может, и не тебе, — с упрямым и каким-то кровожадным выражением лица ответила Дара.

Мелита не сказала ничего и тихо сползла по стеночке, держась за живот от смеха.

Навстречу им ковылял печальный Нольдиус. Голубой и пушистый от носков ботинок до обычно тщательно прилизанных волос.

«По-моему, розовые перья ему пошли бы больше», — усомнился Скриптор.

* * *

Суждено им было помереть во время испытания Бестией или нет — об этом Кристо не успел подумать. Он с головой ушел в тренировки и в зубрежку теории и между первым и вторым рад был бы предпочесть первое. У него уже почти получалось удивлять Ковальски: раз он попытался напасть на него при помощи сеншидо. Макс впечатал Кристо в стену, но потом признался:

— Прием в принципе оригинален. Даже я не мог ожидать от тебя такого идиотизма. Но ты помни, пожалуйста, что у Бестии ко всему будет еще и серп!

Кристо молча поднялся и попытался мыслить еще на порядок меньше.

По крайней мере, голова на тренировках болела только если ее обо что-нибудь треснуть. Но вот то, что Кристо в первый раз в жизни даже в уборную ходил с книгой (о трапезной и речи нет) — было каким-то новым поворотом в его судьбе. Унитазы в уборной разбегались и шушукались по углам — не узнавали. Точно так же поступали все отморозки Одонара, с которыми у Кристо всё никак не получалось наладить отношения: банально не было времени.

По-хорошему бы ему, наверное, стоило бы страдать. В Одонаре, как назло, была своя компашка, вроде той, с которой он шарился по Кварлассу: здоровяк Трайлок, меткий Дрек, вороватый Кайен и прочая, прочая, из тех, которые трясли малышню, устраивали розыгрыши, приторговывали контрабандой и огребали наказания. Только вот Кристо, попав в Одонар, сходу угодил не в ту компанию, а потом как-то сразу попал в оперативники, а потом ему дали квалификацию и он начал проводить в Одонаре всё меньше времени… Так что отморозки одонарские поглядывали на него, как вулкашка на злыдня.

А теперь вот Кристо, про которого даже в кварласской характеристике было сказано: «Основные качества: наглость и тупое упрямство» — с чего-то нагло вбил себе в голову, что сдаст эту жухляцкую квалификацию, тупо сел за книжки и упрямо учился.

Счастье, что по артефактологии знаний требовался самый минимум (они ёмко укладывались в два правила «Не лезь к артефакту» и «Не мешай артемагу»). С Нереидой и внешнемирьем он более или менее ладил, а теория поточной магии как предмет в стенах артефактория вообще не особенно признавалась — только практика. Но зато всё ненужное и не признаваемое приходилось сдавать Гробовщику. И оставался ещё — Витязь от него спаси — Мечтатель. Вернее, прошловедение. Последнее медленно, но верно загоняло Кристо в гроб своей бесполезностью, обилием информации и клятой необходимостью в сотый раз повторять Битву Альтау.

Спасибо ещё, не надо было читать Хроники — эти-то Бестия в него чуть ли не наизусть вколотила на своих «уроищах». Зато приходилось зубрить военачальников Холдона, повторять — что там было не так с его посохом, вырисовывать на картах вотчину Витязя — Лебреллу, отмечать стрелками движение войск трёхтысячелетней давности…

И зубрить про исход целестийцев в иные миры — и тех, кто спасался от Холдона, и тех, кто был на его стороне и не попал под клинок Ястанира. Ну ладно, это-то было хотя бы интересно. Кристо обнаружил пару-тройку посвященных Холдону сект, перечитал кучу информации про ту самую Гекату, которая собиралась поработить артефакторий, а потом стала богиней во внешнем мире… Наткнулся на непонятное: по всему выходило, что эта самая Геката рванула во внешний мир две тысячи лет назад или больше, только ведь Целестия-то тогда была совсем в другом мире, раз переносы происходят каждое тысячелетие! Пошёл разом к Даре и Скриптору — выяснять.