— Последствия такие, что через пять лет девушка, которая это наденет, не сможет жить, если объекта преклонения хотя бы десять секунд не будет рядом, — договорила Дара. — Будет ходить за ним, как привязанная, а если он ее хоть раз оттолкнет или обругает — она умрет на месте в муках. Кто уничтожит?

Поднялся лес рук, в том числе руки Хета и Кристо.

— Ага, мне торговец тоже не нравится. А кто уничтожит артефакт?

Вот так оно и пошло.

Шатались они по Шанжану часов пять, не меньше. Перекусили раз, на ходу — спасибо, торговки с пирожками, сбитнем и ежевичной шипучкой попадались через пару шагов. И опять — в бесконечные ряды, с «ищейками» наготове.

— Этот браслетик правда приносит молодость? А ничего, что он ее высосет из моих родных?

— Ну, конечно-конечно, шляпа-невидимка выпущена по инструкции специалистов Одонара. Можно инструкцию посмотреть? Где тут прописано, что на восьмой раз применения она откусит мне голову?

— Я и не спорю, что от этого гребня волосы начинают расти! А у вас есть обратный гребень — чтобы они перестали расти? Какие, к Холдону, ножницы, вы что, не в курсе, что такие волосы не берут даже мечи северной ковки? Ах, ты драться? Ребята, держите ее, посмотрим, как этот гребень работает на рост бороды…

Иногда торговцы и впрямь сопротивлялись, два раза — попытались бить магией. В первый раз Кристо успел выставить щит, во второй — с ног сбило всех, кроме Дары, а в следующую секунду буян-торговец близко познакомился с шариками из оникса — любимым оружием артемагини.

После того, как его парализовало, судьба остального товара нечестного торговца осталась доброй публике на радость. Обычно именно так и поступали артефакторы, когда сталкивались со злостными нарушениями. Но чаще торговцы предпочитали делать вид, что вещь к ним попала случайно, а о ее свойствах они знать не знают.

— И ведь говорили же мне, что это зеркало — прямиком из Одонара! Неужели врали, подлюки?!

— Угу, оно уже почти создало ваш слепок. Еще немного — и вы бы познакомились с двойником у себя в голове. А вы руки не тяните — тут я сама, не ваш уровень…

В ряды парфюмерии они сунулись — и выскочили почти сразу. Ароматы цветов, ванили, корицы, тиса и фруктов, над которыми плыли гордые ирисовые ноты, резали нос. Сквозь ряды животных тоже прошли почти без задержки: там все было в порядке (не считая попыток загнать яйца аспидов как яйца василисков — прозрачное мошенничество). Кто-то выставил на всеобщее обозрение говорящую кошку, утверждая, что такой и родилась и «всё понимает»; публика долго пыталась заставить животное заговорить, заставила и вмиг услышала о себе много нелестного, из-за чего обиделась и разошлась. Пару раз пришлось столкнуться с покупателями, которые уже купили незаконно созданные артефакты. С этими было труднее всего: попробуй объясни, что тебя надули.

— А вы не думали, откуда берется еда на этой так называемой скатерти-самобранке? Сама готовит? Крадет! Это Рог Изобилия завязан на кухню артефактория по принципу заданного прыжка, а она крадет отовсюду! Вот сидит бедняк, у которого последний кусок хлеба — и хлоп, нет куска!

— Мне-то что!

— Или сидит Алый Магистр, собирается съесть сардельку…

— Мне-то что! За скатерть деньги плачены!

— Дара, что ты треплешься? Один удар…

— Грабю-у-у-у-у-ут!

— Молодой человек, сколько раз я говорил, что устранять всех свидетелей — не есть профессионализм?

— Ковальски, отвянь и помоги ловить эту скатер…эту дуру!

Разводчики драконов смотрели на суету холодными глазами. У них в руках были только каталоги с описаниями пород и невероятно высокими ценами, на которые крысились держатели драксопарков.

В «обжорный ряд» тоже пришлось заглянуть — и почти ослепнуть от разнообразия. Там не было разве что пирогов с мясом злыдня, хотя сосиски из огнеплюев можно было встретить запросто. Слойки и кремовые стрекозы, вересковое пиво, на которое практеры незамедлительно принялись истекать слюною, и…

— Ешь и не толстей! Артефакты для похудения!

— Новенький какой-то, — пробормотала Дара, меняя курс и лавируя между лотков с сотнями видов ирисок. — Опытные мошенники так не орут.

А через пять минут она же, сверкая зелеными искрами в карих глазах, доказывала продавцу:

— …а снять этот перстень невозможно, потому что он вцепляется в палец. И у тебя остается веселый выбор: или отрубить себе палец или умереть от непрекращающегося поноса… но насчет «худеть»-то все правда…

Правдой было другое — вернее, истиной, которую вколачивали в артефакторов все время обучения. Вещи, особенно зачарованные, не так просты, как хотелось бы. Всунуть ноги в сапоги и прошагать семь миль за один шаг, ничего не уплатив, можно только в сказках. На деле же…

— Ну, в принципе, почти правильно сделаны. То, что ноги будут потом вечно повернуты носками внутрь — не в счет, да?

Практеры справлялись с уничтожением не всегда. Пару раз не вышло ничего, раз прогремел сухой взрыв, от которого Кристо успел-таки закрыть остальных щитом, а еще раз им пришлось пять минут спасаться от бешеного серпа в оружейном ряду.

— Нужно было распускать узлы, а не дополнительные наворачивать! — прошипела Дара, когда позор закончился.

Между делом и о себе не забывали. В «каменных рядах» практеры дружно запасались материалом для изготовления артефактов; после съестных прилавков — жевали радужные ириски и хрустели слойками с мясом и рыжиками. Кристо выбирал какой-нибудь сувенирчик для Мелиты, жаль, ее тут нет… Дара присматривалась к старинным вещам, поражая торговцев фразочками типа: «Эти часы говорят — вы зарезали их хозяина».