Дерьмо!

– Кто ей рассказал?

– Не знаю, может, от твоих ребят во дворе услышала, может, когда я с мужем разговаривала… Не знаю, Конард, это не важно. Важно, что мне очень не нравится ее состояние.

Я выдохнул. Выдох получился долгим, злым.

Когда я найду ублюдка, он будет рыдать, как побитая шлюха.

– Я придумаю с кем оставить Кристин и приеду, - ответил, все еще наблюдая за девушкой. Крис искала тарелки. Открывала шкафчики, заглядывала, закрывала… Выглядело будто из другой реальности. Кто бы мне еще подсказал, как в этой новой реальности жить…

– Так это правда? – выдохнула Клэр, а потом хохотнула. – Ты спер из стаи Джефферсонов волчицу!

– Я забрал свое, - прорычал, не понимая сути веселья.

– Ага, - фыркнула девушка, - господи, Конард спасибо! – вновь расхохоталась Клэр. А я вообще ничего не понимал.

– За что?

– Я так давно мечтала увидеть, как кто-нибудь даст под зад этим стайным снобам! Ты осуществил мою мечту, Макклин. Реально, спасибо. И, господи, как бы я хотела увидеть их рожи, - голос у Клэр действительно был мечтательным, интонации, она даже гласные тянула.

– Все для тебя, - фыркнул в трубку. А девушка вдруг замолчала.

– Конард, только… Ты понимаешь, чем это тебе грозит? Ты удерживаешь…

– Я никого не удерживаю. Джефферсоны приезжали вчера, - в этот момент Кристин обернулась с молочником в руках, да так и застыла. Что-то мелькнуло на ее лице. Какая-то настороженность, неуверенность, раздражение, досада. А потом она тряхнула головой, передернула плечами и поставила молочник на стол, будто ничего и не было, - Кристин сама решила остаться у меня, и озвучила свое решение альфе и его сыну.

– А Луну ты выбрал себе под стать, да? – никак не могла заткнуться Клэр.

– Я никого…

– Ой, да прекрати. На самом деле я рада, - уже более серьезно проговорила девушка. – Только до ее новолуния тебе придется очень несладко, оборотень.

– Спасибо, в курсе, - бросил раздраженно. – И Клэр, хватит. Я серьезно, - проговорил с нажимом, желая, чтобы волчица меня не только услышала, но и поняла.

– За кого ты меня принимаешь, Конард Макклин? – строго, раздраженно. – Я не собираюсь трепать эту тему на каждом углу.

– Ладно, прости, - Клэр и правда, сложно было назвать сплетницей. Думаю, о своих догадках она не расскажет даже мужу. И это хорошо. Кристин сейчас… мое единственное уязвимое место. И важно, чтобы урод не догадался об этом слишком быстро.
– Не спускай пока с Саманты глаз, договорились?

– Да, сумасшедший-Макклин, - весело отрапортовала Клэр и отключилась.

Кристин повернулась к столу, в руках тарелки с завтраком, но уголки губ, немного приподнятые в несмелой улыбке, тут же опустились, стоило ей наткнуться взглядом на мою хмурую рожу.

– Конард?

– Все хорошо, маленькая, - я провел рукой по волосам, прошел к кофеварке. Надо стереть это выражение с морды. Крис совсем не обязательно знать, какой я кретин.

Тарелки опустились на стол, послышался шорох ткани, взгляд мелкой сверлил спину. Судя по всему, она мне не очень-то поверила. Черт!

Сколько понадобится ей, чтобы сложить два и два?

Черные капли падали в чашку, а я провожал их глазами и матерился про себя.

Надо было оставить Кристин в стае, нельзя было тащить ее к себе, нельзя было так подставлять волчицу. О чем ты, мать твою, думал придурок-Макклин? Озабот конченный.

Я сжал кулаки, разжал, встряхнулся и угомонил животное внутри. Хватит. Вчера вечером уже повелся на его инстинкты, и вышло не очень. Надо теперь подумать, с кем оставить Кристин сейчас, и что делать дальше. Кажется, я феерически облажался.

– Я могу помочь Сэм, - обратилась ко мне Кристин, когда я вернулся к столу с двумя чашками, намереваясь сесть. Вот только так и не сел, услышав слова девушки.

– У тебя тяга к саморазрушению? – вздернул я вверх бровь.

– Такая же, как и у тебя, Конард, - вернула мне жест Хэнсон, а я все-таки сел, вопросительно взглянув на девушку. – Ты не обязан ввязываться и взвалить на себя все то, что взваливаешь и во что ввязываешься, но, тем не менее, делаешь это, наживая врагов, набивая синяки на заднице, получая удары по морде за других.

Я нахмурился. Кристин говорила, а мне… мне было неприятно это слушать, даже больше, чем просто неприятно. Создавалось впечатление, что Кристин склеила у себя в голове какой-то образ… И Конард Макклин, реальный Конард Макклин не очень-то в него вписывался. Волчица разочаруется во мне однажды. А мне очень не хотелось бы, чтобы она разочаровывалась во мне.

– Не идеализируй меня, маленькая, - покачал головой, беря в руки вилку. – Я просто защищаю свое.

– «Свое», оборотень? Серьезно? – в голосе проскользнуло ехидство, легкая насмешка.