Волчица несмело и… будто неумело улыбнулась. Сильная, храбрая, сводящая с ума малышка, удивительная. И уже очень скоро полностью моя.

Кристин затихла у меня в руках, на какой-то момент мне даже показалось, что она уснула, и когда я уже хотел было подняться, чтобы отнести ее в комнату, она вдруг снова подняла ко мне голову, и я остался на месте.

– Ты давно понял?

– Задумываться начал, когда на кухне «Берлоги» ты швырнула в меня чувствами. Очень отрезвляет, должен заметить, - усмехнулся коротко. – А более или менее подозревать стал, когда Аллен пришел поговорить. Он был слишком уж настойчив. Это настораживает, согласись. Ну а убедился сегодня. Меня ты еще пощадила, да, маленькая?

– Возможно, - дернула плечом Кристин, и плед сполз девушке на талию. – Почему не рассказал мне?

– Не предполагал, что Джефферсон зайдет так далеко.

Кристин снова замолчала. Хмурилась и молчала. Я не торопил. Джефферсон, конечно, перестарался. Интересно даже, в курсе ли его великих планов щенок? Поставил ли Аллен собственного сына в известность о своих грандиозных планах? Что-то мне подсказывало, что нет. Скорее всего, реакция волчонка на все произошедшее. А даже если я не прав, то что, в сущности, это меняет? Кристин теперь со мной, в безопасности. Минус одна головная боль на мою старую, побитую задницу.

– Ты бы стал что-то делать, если бы сегодня я ушла с Марком и Алленом? Ты бы… запретил? – взгляд был очень серьезным, Крис даже губу немного закусила, насторожилась в ожидании.

– Я уже говорил тебе, что это только твой выбор, и принуждать я бы не стал.

Девушка длинно выдохнула и снова расслабилась, в едва заметной улыбке дрогнули уголки губ.

– Спасибо.

– Но я бы постарался тебя переубедить, - прижал я волчицу крепче к себе. – И я уверен, что у меня бы все получилось.

– Самоуверенный ты засранец, Конард Макклин, я ведь…

Дальше слушать я Хэнсон не стал, запустил руку в волосы, заставляя откинуть голову, и поцеловал. Жадно, долго, так, как хотел и вчера утром, и сегодня вечером. Так, как хотел теперь почти постоянно. Зверь внутри меня наконец-то заткнулся, тупой озабот. Только… Что ж, надо признать, я от него недалеко ушел. Целовать Кристин, прижимать ее к себе было настоящим кайфом, чувствовать податливость ее губ, жар рта, нежную кожу под пальцами, мягкие волосы, пить ее дыхание.

Очень вкусная, очень сладкая малышка. Просто умопомрачительная.

И такая страстная, горячая.

Кристин прогнулась, попробовала перехватить инициативу, прикусила мою губу, длинно застонав, руки пробрались мне под футболку, ногти царапнули кожу на груди и спине.

Черт!

– Я готов сожрать тебя, маленькая волчица, - пробормотал, отстраняясь с огромным трудом, когда перестало хватать дыхания, когда осознание того, что еще немного, и я просто не смогу остановиться, прошило кипятком по позвоночнику. – И ты таешь и плавишься в моих руках, от моих поцелуев. Так что, знаешь, я и правда самоуверенный засранец, и для этого у меня есть все основания.

– Ты невозможен, - прошептала хрипло девушка, невесомо погладив меня по щеке. – И от тебя тоже пахнет бренди.

– В моем кофе он тоже был, - усмехнулся, устраивая девушку удобнее. – И нам надо остановиться, Крис.

– Да, - согласно кивнула она.

– А поэтому скажи мне, ты поняла, кто на тебя напал?

– Какой-то странный волк, - скривилась Хэнсон и уткнулась мне куда-то в ключицу, подтянув ноги повыше, сворачиваясь клубком. – Он был словно… словно прошел через оборот не до конца или неправильно, будто в середине что-то пошло не так, и оборотень так и остался покалеченным.

– Ты смогла почувствовать запах? Хоть что-нибудь?

– Странно… но… пахло чем-то гнилым, как гнилой кровью или… запах из моих кошмаров. Мне сложно его описать, и даже, если опишу…

– Попробуй.

– Запах гнилых пластиковых фруктов, понимаешь? Словно сгнило что-то искусственное, ненастоящее. А еще…

– М?

– Эм взяла пробы крови у Макгрэгора, отправила их знакомому. Недавно пришел ответ, - я подобрался, напрягся, - наркотик что-то делает со зверем. Как-то… мешает ему проявляться, глушит инстинкты, мешает оборачиваться. Зачем кому-то мешать волкам оборачиваться, Конард? Это ведь… все равно что превратить оборотня в растение, в ходячий труп, в инвалида…

– …или человека…

Кристин дернулась, неверяще уставилась на меня, дотянулась до бутылки и сделала большой глоток, поморщившись.

– И какому психу ты перешел дорогу, Конард Макклин?

– Спроси лучше, кому в этом городе я не перешел дорогу, - мысль хоть и звучала слишком преувеличенно, но, к моему глубокому сожалению, отражала действительность как нельзя лучше.

– Конард, я понимаю, что злиться и ненавидеть тебя в этом городе и правда могут многие, но… Взять в руки ружье и выстрелить из него в живое существо – разные вещи, между ними пропасть. Кто может ненавидеть тебя настолько, чтобы действительно начать мстить? У кого хватит на это времени и средств? Кто не испугается тебя? – она заглянула мне в глаза, быстрым движением убрав за ухо прядь волос. Очень мягкий, очень женственный жест. Кристин вообще была очень женственной: походка, фигура, улыбка – все мягкое, плавное, восхитительно нежное.