И где ты был, Вован, пять минут назад, когда у меня язык к нёбу приклеился?!

Лишь когда дверь за Дианой закрылась, я обратился к отцу:

— Пап, твоя французская гостья сама меня провоцирует, ты видел?

— Женя, скажи мне, что это сейчас было? — глухо спросил отец.

— Это, папа, была самая ох*ительная в мире задница, — выдал я то, о чём думал.

— Это да, но я сейчас о другом, — отец устало потёр виски, — ты что мне тут устроил, совсем охренел?

— Да ладно, всё же нормально. Она и не обиделась даже. У неё, вон, не язык, а змеиное жало. Слушай, пап, а откуда вообще взялась эта Диана? Я не прямо сейчас имею в виду.

— Она сама вышла на Соколова со своим суперпроектом. Увела его каким-то чудом у Поля Тома, а ведь Соколов его два года окучивал, такие бабки предлагал, а она нам его сама привезла на блюдечке, ещё и тендер нам выиграла. Мы даже ни озаботиться, ни разволноваться не успели. И взяла она немного, хотя, сколько ещё попросит, неизвестно. Но мы, один хрен, в шоколаде. Она, кстати, хочет быть акционером. — Отец многозначительно посмотрел на меня.

Ага, сейчас эта наглая стерва начнёт безбожно доить нашу компанию, а стадо акционеров устроит показательную битву за её внимание.

— Ждёт, что мы поделимся? — цежу сквозь зубы, готовя обличительную речь.

— Нет, она хочет выкупить акции, — похоже, что отец в восторге.

— Надеюсь, не мои? Ни хрена себе — бабла у этой мелкой! Хотя, с её-то данными, наверняка, несложно зарабатывать. Или просто брать… А чё, зайдёт, к примеру, в автосалон BMW со своей фирменной улыбочкой, стрельнёт глазами и поздоровается для усиления эффекта. И всё — может выбирать любую тачку и ехать по делам, не расплатившись, — весело фантазирую я, осознавая, что в этой шутке лишь доля шутки.

— Ну, да, наверное, ты прав — кто на что учился, — задумчиво резюмировал отец.

— Слушай, пап, только давай по-чесноку, у тебя с ней ничего не было? — забросил я удочку.

— Ты дурак, что ли?! — искренне удивился отец.

— А в планах есть? Мне просто важно, — я не сдаюсь.

— Женя, сынок, ты о чём? Забудь, и даже думать не смей. Это же акула, она проглотит тебя и не поморщится. Слыхал, как зубами щёлкнула, да у меня член тут же умер. Женя, послушай своего старого, мудрого отца и не суйся в эту адскую ловушку. Говорю тебе — сожрёт!

— Подавится! Пап, а с каких пор ты во мне сомневаться стал, и какой, по-твоему, ей нужен мужик, если уж я не подхожу? — встрепенулось мужское эго.

— Да мне по херу, какой, лишь бы не мой сын. Я в тебе не сомневаюсь, но лишнего сына у меня нет, а единственного приносить в жертву я не намерен, — отец выглядел расстроенным.

— Что за пессимизм, я не понял? Ты что тут, средневековые страхи нагнать решил? У каждой красивой тёлочки, папа, должен быть пастух.

— Слышь, ты, пастух, прижми-ка ты свой похотливый кнут, пока эта резвая тёлочка его тебе не перегрызла, — босс разошёлся не на шутку. Интересно, он реально считает её такой опасной или всё же для себя застолбил?

И тут дверь распахивается, и входит наша прекрасная иностранка с подносом в руках, на котором дымятся, распространяя чудесный аромат, две кофейные чашки. Ну, вот, кошечка всё осознала, исправилась и уже ластится к хозяину, только к кому именно? Это стало понятно, когда мне не досталось чашки, а мой возмущённый вопрос по поводу кофе, был проигнорирован. Может, это её хитрая женская тактика? Или я совсем нюх потерял?

Неожиданно в кабинете нарисовалась Алина с чашкой кофе для меня. Разложив на мне свои буфера, эта тупая курица призывно мне улыбнулась, при этом демонстрируя отцу свой откляченный зад. И где, бля*ь, она так научилась кофе подавать? Вот вообще сейчас не в тему эта дура — уволить срочно!

Диана внезапно залилась хохотом. Её хрипловатый смех подействовал на меня, как щелчок плёткой дрессировщика, но я удержал poker-face, зато стойку сделала Алинка. Секретарша приняла смиренную позу, насколько это было возможно, учитывая её полуголый вид, и уставилась на нашу весёлую гостью. Та не заставила себя долго ждать и выпустила жало:

— Алиночка, кажется, у Вас реснички отклеились, — нежным голосом проворковала Диана.

Алинку из кабинета как ветром сдуло. Отец тоже развеселился.

— Александр Андреевич, а не пора ли нам съездить на объект? — тоном, не терпящим возражений, заявила Диана, напомнив отцу о цели своего визита.

Ну, точно акула. Барракуда! Но не страшно — у меня гарпун крепкий, и я не намерен сдаваться.

— Вы в пентхаус? Я как раз сейчас свободен и могу поехать с вами, — предложил я.

Диана ухмыльнулась, а отец… Отец меня прихлопнул:

— Кто тебя освободил, Евгений? Ты немедленно поступаешь в распоряжение Соболева, у него работы по горло.