В жизни бывает один шанс, который может изменить все. И я не собиралась его упускать на зависть всем окружающим женщинам, мечтающим о графе как о своей законной добыче. Я вспомнила об Амелии.

— Почему ты до сих пор не женат? Наверняка, находилось очень много желающих на роль графини, — мне было интересно что Дитрих ответит.

— Претенденток было много, но вакансия всего одна и занять ее должна была самая достойная, — я удостоилась поцелуя в макушку и более крепких объятий.

— Ты считаешь, что обнаружил эту счастливицу? — я все еще немного не верила в свою удачу.

— Не только нашел, но и застолбил, как это делали пионеры первопроходцы, — дыхание графа щекотало мне ухо и немного шею.

— Насчет пионера территории я бы еще поспорила, — вспомнила о Джеке.

— Важно ни кто первый открыл, а кто смог осуществить разработку, — в голосе Дитриха уловила веселые нотки.

— Я сейчас тебя стукну, — пригрозила.

— Только попробуй. Могу и ответить, — вдруг сказал он.

— Неужели ты меня ударишь? — удивилась.

— Конечно же нет. Всего лишь заставляю делать такие вещи, от которых ты будешь краснеть, — Дитрих внезапно прихватил губами мое ухо, вызвав толпу неконтролируемых мурашек, пробежавших вдоль позвоночника. Кажется, кто-то склонял меня к чему-то приятному во всех отношениях.

— А если я буду несогласна, — произнесла игриво.

— Ты еще просить меня будешь, — а вот в эту угрозу я поверила сразу же.

— Почему когда я первый раз тебя увидела, ты показался мне ужасно надменным? — я взглянула в лицо Дитриха.

— Потому что я именно такой и есть, — граф изобразил свое фирменное выражение лица.

— Вот неправда, — теперь то я знала, что он может быть разным. — Зачем ты меня пугаешь? Ты не такой.

— Чтобы держать в тонусе.

Звонок моего коммуникатора заставил вздрогнуть. Разговор с Дитрихом о важном и не очень, расслабил меня настолько, что совершенно забыла об окружающем мире, словно его и не было вовсе.

Стоило нажать на соединение, как взволнованный голос Лайзы поинтересовался все ли у меня в порядке.

— Все отлично, — заверила подругу.

— Дитрих тебя не съел? — поинтересовалась она. Я же начала давиться со смеху, видя удивленное выражение лица графа.

— Нет. Замуж позвал, правда, почему-то забыл сказать, что любит, — немного укорила, сидящего рядом мужчину.

— Неправда, — воскликнул он. — Я постоянно твержу, что люблю… только не вслух, — чуть тише произнес Дитрих.

— А я следила за вами из-за кулис и все гадала чем же дело кончится. Оказалось, что мои восемьдесят пять процентов, которые я прогнозировала, что вы еще до конца месяца обручитесь, сбылись, — радостно сообщила мне Лайза.

— А что же входило в оставшиеся пятнадцать?

— Что граф выскочит на сцену, вскинет тебя на плечо и умчит в неизвестном направлении. Однако эти пятнадцать вырастали до семидесяти, если бы ты вышла на сцену в том купальнике, что мы купили специально для конкурса.

— Что еще за купальник? — воскликнул Дитрих.

— Я потом покажу, — пообещала, чтобы успокоить вмиг раззадоренного мужчину.

— Не удалось мне побыть королевой красоты, — пожаловалась подруге.

— Ты моя королева. Разве этого мало? — спросил на полном серьезе граф. Я на миг замерла, оценивая обстановку. И поняла, что шутка в данном случае будет совсем неуместной.

— Лайза, я перезвоню, — выдохнула, прерывая связь. — Дитрих, ты — мой король. Впрочем, со мной или без меня, ты им был, есть и будешь. А я… я только с тобой королева. И если вдруг, в один прекрасный день, ты передумаешь… я постараюсь принять твой выбор… возможно даже понять … и простить. Но я никогда, слышишь, никогда в жизни не смогу простить предательства! Второй раз мое сердце не выдержит. Умрет оно, умру и я. В принципе, тогда мне будет уже наплевать что случится дальше. Я к чему тебе это говорю… Не для того, чтобы ты меня пожалел… нет… не для этого. Я хочу быть честной с тобой до конца, а взамен прошу того же самого. Я пойду за тобой хоть на край света, ты только позови. Я буду там, где будешь ты. Я стану плечом к твоему плечу и поддержу, если потребуется. И я отдаю в твои руки свое сердце, впрочем, оно и так уже твое. Сразу говорю, что оно не оригинал, а всего лишь запчасть, чтобы перед алтарем ты смог отказаться по этой причине, — постаралась немного смягчить свои слова шуткой.

Дитрих был серьезен как никогда.

Вдруг он встал и без разговоров вышел из комнаты. Я замерла, не зная как реагировать. Но буквально через минуту вернулся. Подошел ко мне. Помолчал… и опустился на одно колено, протянув раскрытую ладонь. На ней лежал неказистый золотой ободок, чуть поцарапанный, и чуточку не круглый.

— Это единственное что мы нашли после катастрофы. С ним выходила моя мать замуж, его надевала моя прабабка, а до нее ее. Этому кольцу триста лет. Его сделали из слитка, найденного на одном из приисков. С тех пор оно передается из поколение в поколение и дарится единственной, той, которая тронула сердце наследника рода. Иногда, оно лежит и ждет своего часа целое поколение, а то и два. Я дарю его тебе. Примешь ли ты его?

Ответ на вопрос не заставил себя ждать.

— Конечно же — да, — протянула дрожащую руку, предлагая надеть его себе на палец.

К моему удивлению, оно пришлось впору.

— Значит, ты согласна?

— Да. Да. И еще раз — да, — выдохнула, испытывая одно лишь желание, поцеловать Дитриха.

Наши губы встретились где-то на середине пути и продолжили свое знакомство.

Могут ли целоваться души?

Если бы меня об этом спросили некоторое время назад, я бы рассмеялась. Но в миг, когда мы оба стояли на коленях друг перед другом, а наши пальцы сплелись между собой, я почувствовала что не только губами прикасаюсь к губам Дитриха. Так же, как не только его губы прикасались к моим губам.