Наши души, снявшие с себя одежду, обнаженные в своем естестве, вели неспешный разговор, тесно сплетаясь между собой, даря другому частицу себя, получая взамен сторицей.

Как жаль, что все когда-нибудь заканчивается. Но в то же время здорово, что закончившись, оно может повториться вновь.

Поцелуй прервался, оставляя после себя сладкое послевкусие на губах.

Звонок коммуникатора, прозвучавший в самый неподходящий момент, пинком выбил из блаженного состояния, в котором я пребывала под впечатлением от поцелуя.

— Как не вовремя, — прошептала, собираясь сбросить вызов.

— Возьми, — попросил Дитрих. — Вдруг это что-то важное.

Я нехотя приняла вызов. Звонившим оказался мой адвокат, от которого я ждала звонка гораздо позже.

— Сандра, поздравляю вас, вы свободная женщина, — довольно произнес он. — Джек подписал все бумаги.

— Как так получилось? — я не верила своему счастью.

— Я не стал вам сразу говорить, собираясь вначале проверить. А потом решил, что сообщу все приятные сведения оптом. Ваш ныне бывший муж, несколько раз пытался совершить незаконные операции с трастовым фондом вашей бабушки. Обе сорвались, я об этом узнал и пригрозил Джеку, что заявлю о том в полицию. Но могу этого и не делать, если он выполнит все мои требования. В итоге, в кратчайшие сроки вы оказались разведены.

— Это же великолепно. Нет, конечно, плохо, что Джек пытался меня обворовать, но я рада, что у него ничего не получилось. И вы все правильно сделали. Большое вам спасибо.

Я распрощалась с адвокатом, еще раз его поблагодарив.

— Вот. Одной проблемой меньше, — довольно сказал Дитрих, беззастенчиво подслушивая мой разговор с адвокатом.

Стук в дверь известил о приходе Ганца, сообщившего нам, что ужин подан в малую столовую. Чувствовать себя чуть ли не принцессой, за которой ухаживают за столом, было очень удивительно. Я жутко стеснялась, когда женщина в черной униформе, в белом переднике и чепце меняла передо мной тарелки, что-то подкладывала, подливала в бокалы воду, белое вино.

Я умоляюще посмотрела на Дитриха, который когда понял причину моей нервозности попросил Ольгу покинуть нас.

— Ты постоянно так живешь? — спросила у графа.

— Иногда, чтобы не забывать как надо правильно держать нож и вилку. Ты же понимаешь, что мое положение обязывает принимать разных гостей. Но сам я обожаю простоту, на корабле я чувствовал себя прекрасно, не ощущая давления условностей.

— Мне тоже придется научиться? — спросила у Дитриха.

Он секунду на меня посмотрел, а потом произнес:

— Как ты пожелаешь, дорогая. Я понимаю, что тебе будет трудно, особенно на первых порах принять некоторые вещи. Но я обещаю, что не буду на тебя давить.

— Это очень для тебя важно? — покрутила вилкой.

— Да. Но мы что-нибудь придумаем, чтобы облегчить тебе жизнь.

Если бы он стал давить, начал настаивать на своем, то я, возможно, начала бы кочевряжиться. А так, когда дают выбор, то он совсем и не нужен.

— Не надо. Ты всему меня научишь. Я хорошо обучаема, — рассмеялась. — Не всем простым смертным дается заурский.

— Это точно.

На этом тема разности менталитетов была исчерпана. Гораздо эффективнее будет, если я поднимусь до уровня Дитриха, чем заставлю его спуститься на мой. Рост гораздо лучше, чем стагнация.

После ужина граф лично отвез домой, на следующий день у меня были состояться уроки. Дитрих проводил меня до квартиры, а после мы с огромным упоением, словно два подростка, целовались, все не желая расставаться. Перед уходом граф взял с меня обещание сообщить сразу же как только я освобожусь.

А на утро езда в моногоне взбодрила меня не хуже кофе. Мне предстояло встретиться со своими коллегами и студентами.

Во время конкурса красоты я не особенно задумывалась как меня воспримут старые знакомые, а когда ступала через порог академии, то тут же очутилась в центре внимания.

— Сандра, опаздываете, — Манила Кравец, словно чертик из табакерки, появилась на моем пути.

— А вот нет, — парировала, прекрасно зная, что до занятий еще минут пятнадцать.

— Прекрасно выглядите, Сандра, — сделала мне комплимент Манила, — экспедиция оказалась в руку, не так ли? — глаза женщины улыбались. И это так приятно было видеть.

— Спасибо, — поблагодарила. — Я столько собрала материала, — и похвалилась о своих научных работах, подготовленных, но не опубликованных. Манила была довольна, что я не стала спешить с публикациями, желая сделать это в рамках работы академии.

В аудиторию я влетела вместе с последним звонком. Поздоровалась. В ответ раздались громкие аплодисменты и поздравления. Заводилой представления со вставанием из-за парт, хлопаньем в ладоши, постукиванием оказался как всегда Май Ветрофф, подросший и возмужавший во время экспедиции, но так и оставшийся проказником и балагуром.