Его тоже позвали на разбор полетов. И теперь он сидел в кресле рядом с капитаном, а мы стояли. Лайза с Маем были проштрафившимися, а я за компанию, чтобы поддержать подругу.

— Дельная мысль, граф. Но только у меня будет другое наказание.

Все напряженно посмотрели на капитана.

— Приговариваю Мая Ветроффа к … работе на камбузе, в качестве помощника кока. Думаю, что лишние руки ему не помешают.

— А я? А мне можно … тоже помощником? — вскинулась Лайза.

У меня закрались сомнения к кому на встречу бегала андроид.

— Только не отравите, — предупредил капитан.

Кром открыл было рот, чтобы что-то сказать, да передумал, поджав недовольно губы.

Если мне не показалось, то он был не очень доволен решением капитана. А может быть я слишком придираюсь к графу?

— Никак, нет, капитан, — отрапортовал Май. — Спасибо за доверие.

Все же мальчишка он и есть мальчишка, как бы не пытался казаться взрослым.

Лайза была более спокойна в высказываниях. Она еще раз попросила прощения у всех, начиная от меня и заканчивая графом, не забыв о капитане. Извинения приняли.

Подольстилась называется.

Шла вторая неделя нашего полета. За это время мы познакомились практически со всеми обитателями корабля. А что еще было делать? Ведь, нам надо было сосуществовать всем вместе еще долгое время.

Три раза в сутки по земному времяисчислению мы собирались все вместе для приема пищи. Все остальное время каждый из членов экспедиции распределял самостоятельно. К членам экипажа это, ясное дело, не относилось по понятным причинам. Они работали круглые сутки. Если не дежурили, то находились в состоянии готовности, чтобы при возникновении внештатной ситуации не допустить гибели экипажа и пассажиров.

Лайза не вылазила с камбуза, постигая азы приготовления пищи в космосе. Она то и до этого интересовалась готовкой, а после наложения повинности в виде дежурств по кухне, и вовсе жила рядом с кастрюлями.

Моя помощница с огромным интересом изучала новые рецепты блюд, о чем постоянно со мной делилась. Еще с ее губ не сходили похвалы в адрес шеф-повара корабля. В нем она души не чаяла, считая эталоном. Я посмеивалась в кулачок, но никак не комментировала высказывания Лайзы в адрес Лукаса. Кажется, я наблюдала за стадиями развития любви андроида к человеку.

Рыжеволосый кок занимал все мысли моей помощницы. И я не знала как к этому относиться.

Сегодня я задержалась в обсерватории и спешила, чтобы не опоздать к ужину.

Проходя мимо каюты капитана, обнаружила, что дверь не плотно прикрыта, а точнее открыта на целую ладонь. Из кабинета Маршала доносился громкие голоса и мужской смех.

Пресловутое женское любопытство заставило меня прислушаться. Не каждый день можно узнать о чем говорят мужчины.

— И эта бочка обходит меня на повороте. Я чуть равновесие не потерял, — услышала я голос графа. Уж его интонации я не перепутаю ни с чьими другими.

Меня как будто кипятком ошпарили. Перед глазами все потемнело. Стало трудно дышать. Сердце сорвалось с галоп, словно бешеное.

Какие-то несколько слов, вроде бы ничего не значащих, но таких колючих.

Буквально на днях я столкнулась в дверях столовой с Дитрихом фон Кромом. Это вышло совершенно случайно. Я задумалась о Лайзе, и не обратила внимание на спешащего графа. Вроде бы ничего страшного не случилось, я извинилась за то, что налетела на мужчину. Инцидент был исчерпан. А оно вон как повернулось. Теперь об этом случае граф во всю рассказывает где только можно.

Я уважала капитана и мне было крайне неприятно узнать, что мою персону обсуждают в кулуарах лайнера.

Лишь бы себя не выдать. Не показать, что я слышала неприятные слова. Я закусила кулак и стрелой понеслась, чувствуя как несется кровь по моим венам, перекачиваемая колотящимся сердцем.

С трудом добралась до своей кровати, понимая, что еще чуть-чуть и расплачусь.

Так бывает. Чаша терпения наполняется по капле. А потом, когда совсем не ждешь, она переливается через край.

Случайно услышанная фраза оказалась последней каплей, доконавшей меня.

В сознании один за другим закрутились обрывки воспоминаний.

— Толстая тетя…

Это маленький мальчик указывал пальцем в моногоне.

— Бочка…

Обидное слово услышанное в переходе.

— Жирная…

Луна знала что сказать, чтобы сильнее обидеть.

— Безобразная…

Джеку понравилось инициатива любовницы.

— Дай пройти… Куда прешь, корова?

Как назло всплыли слова кого-то из врачей, застывшие в сознании.