И он сразу же постарался обнять Джен, но угловато-громоздкий костюм мешал это сделать. Тогда он ухватил ее за кольцо, к которому крепился шлем, и подтянул за него Джен. Он сразу же впился поцелуем в ее губы, показывая, как сильно впечатлен открывшимися перспективами. И она ответила ему тем же. Ей нужно было поделиться этими новыми потрясающими чувствами, ведь это было ее открытие. Наверное, они были первыми пассажирами, летавшими в космосе на тросе. Раньше такими вещами занимались только космонавты, да и то — на профессионально-рабочем уровне.

Они смогли пробудить глубоко дремавшие чувства. Но им было мало робких поцелуев, мало было мимолетного прикосновения губ. Костюмы превратили их в неуклюжих пингвинчиков, смешно стукавшихся телами-бочками.

Они избавились от скафандров, оставшись лишь в нижнем белье. Крис подхватил даму сердца и прижал к перегородке. У Джен сбилось дыхание, и она застонала.

Руки досконально изучали тела друг друга. Каким-то непостижимым образом они отключили свет, и лишь неоновая подсветка изредка мигала. Некоторые вещи должны были касаться только их двоих.

Но страсть только распалялась, и потому они направились в апартаменты Криса. Среди мягких подушек Дженнифер раскинула ноги-руки, а Крис принялся целовать шею, ключицу, грудь, живот… Затем уже Джен перекатила Криса на спину и принялась целовать его шею. Он запустил пятерню в ее волосы, крепко прижал к себе…

Спали они в обнимку, переплетя пальцы. Впервые за долгое время Крис спал спокойно, не ворочаясь во сне и не мучаясь от кошмаров. Он видел ровное поле, покрытое травой, а не бескрайнюю пустоту космоса. В мире безмолвном и тихом он кричал, но его будто бы поставили на «мьют». Он никак не мог проснуться, а сны не отпускали, словно наверстывая упущенное за то время, что он спал.

Но в эту ночь он больше не терзал себя мыслями о том, что проснулся раньше срока. Не терзал себя мыслями о том, что умрет, окруженный равнодушным космосом.

Если уж и умирать, то точно не одному. И теперь, когда он ощущал биение горячего женского сердечка, видел свет в конце туннеля. Может, они и не выберутся, но смогут вместе прожить неплохую жизнь.

Может, даже посадят дерево, благо условия на корабле близки к земным, а уж пары семян, которые готовились для посадки в почву Глизе 581 b, если и не досчитаются, то точно не сделают из этого трагедию всемирного масштаба.

Так в жизни Криса поселился покой. И когда они завтракали, пили кофе, обсуждали книги, писателей, сюжетные ходы, то чувствовали только радость. Дженнифер говорила, что он делает ее счастливой. Крису это льстило. Он бросал украдкой взгляды на нее, когда она писала какую-то сцену. Он даже включил вкрапления ее работы в свою. А затем они начали писать историю про необитаемый остров в соавторстве.

Однажды Дженнифер соблазнительно поползла по столу. Отодвинув поднос с едой, она впилась в его губы, а затем освободилась от рубашки…

Они импровизировали и искали способы выражения чувств и страсти. И хотя заканчивали в комнате Криса, но начать могли даже в главном холле. Они были предоставлены себе, никто не мог оказаться тайным вуайеристом. Майкла такие вещи не интересовали, а другие разумные существа на корабле пребывали в глубоком анабиозе.

Он заходил в ее апартаменты и вдыхал сладковатые ароматы. Она душилась редко, но когда он заходил, то всегда натыкался на приятный запах.

Когда его не было рядом, она рассеянно водила пальцем по столу. И хотя Крис видел это по камерам, ничего не говорил. Не желал портить момент.

Хотя сам пару раз отправлял воздушные поцелуи в никуда. Джен — девушка умная, может, проявит интерес к технике, и тогда поймет, что она всегда была как на ладони.

Даже когда ее лоб пересекали волнистые морщинки, он понимал, что на самом деле Джен не хмурится. Да и дурочку из себя строит только в шутку. Ему казалось, что он узнал ее так же хорошо, как если бы выбирал машину в автосалоне перед покупкой.

Она придавала ему сил. Он всегда храбрился и бахвалился, говорил, что выход обязательно найдет, хотя и не всегда в это верил. Уныние временами пыталось одолеть его, но он знал, ради кого пытается все исправить. И он совсем не хотел, чтобы они состарились на этом корабле, потратив жизнь впустую.

Поэтому он пересматривал ролики о капсулах, раз за разом искал объяснений от бортового справочника, ездил на склад, где пытался найти составные части прибора, погружавшего в криосон. Но безрезультатно.

И лишь когда он сталкивался с Джен, застенчиво опускавшей глаза, то смахивал с себя разочарование от очередной неудачи. Ведь еще не все способы удалось перепробовать.

А когда день клонился к концу, они порой смотрели на фотопейзажи, покрывавшие собой огромные плазменные экраны. И вспоминали о далекой и покинутой Земле, которую больше никогда не увидят.