Нагрянул Вятский. В тот же вечер

Поведал, отирая пот,

При тусклом свете абажура:

«Готовится переворот…

Возможно… будет диктатура…»

Андрей вскочил: «Не может быть!

Да говори скорее, Митя!» –

«Ну-ну, умерь немного прыть.

Всё расскажу, не торопите».

И Вятский братьев посвятил

В детали плана выступленья

Корниловских мятежных сил.

Сергей отпрянул в изумленье:

«Корнилов к армии воззвал?

Да, он в диктаторы сгодится!

Как вспомню – бравый генерал

Арестовал Императрицу!..

Корнилов просто карьерист –

А карьеристу стыд неведом.

В политике такой артист

Легко своё меняет кредо». –

«Сергей! Как можно! Что за вздор!» –

Воскликнули Андрей и Вятский.

«У нас не армия – позор!» –

«Довольно вольницы солдатской!» –

«Пора восстановить закон:

Все подчинятся только силе!» –

«Ну кто способен, как не он,

Спасти от гибели Россию?!»

Сергей пытался возразить:

«Никчёмная перестановка!

Чтоб эту бурю усмирить,

Нужна не шашка, не винтовка..»

Так шла событий череда,

Являя призрачные цели.

Так расходились навсегда

Пути и судьбы офицеров.

Сжигая за собой мосты,

Иные спорили строптиво –

До резких слов, до хрипоты,

До окончательных разрывов…

9

Сплошной свинцовой полосой

Прошли корниловские тучи.

Метался Керенский лисой.

Повсюду в воздухе горючем

Торжественность красивых слов

Была как щелканье осечек

Под лозунги большевиков,

Окрепших, расправлявших плечи.

Сергей давно не уповал

На Бога, чудо и везенье

И лишь тревожно размышлял

О предстоящих потрясеньях:

«Настали «славные» деньки!

Всего полгода – боже правый! –

И развалили дураки

Боеспособную державу!

А ведь любой из них найдёт

Своим поступкам оправданье.

Ну вот: дремучий наш народ

Не понял их благих желаний.

Но власть не будут уступать…

И снова соберутся силы,

И под свои знамёна звать

Придёт очередной корнилов:

Спасать Россию!.. Не спасёт.

Из искры разгорелось пламя…

За кем теперь пойдёт народ?

За Лениным, большевиками?

А ведь остались лишь они».

Как сумрачная летаргия,

Тянулись тягостные дни.

Октябрь. Семнадцатый. Россия.

10

И в те же дни с одним послом

Жучков беседовал приватно.

«Россия – сумасшедший дом.

Нам есть довольный неприятно», –

Посол, вздыхая, рассуждал.

«Мятеж, конечно, был рискован,

Но всё-таки – какой провал!

А сам Корнилов арестован…» –

Жучков издал протяжный стон.

Его тревога нарастала:

Не о России думал он –

О сохраненье капитала:

«Раз не смогли народ сейчас

Сдержать корниловской удавкой,

Правительство – в который раз! –

Уйдёт пристыженно в отставку.

Что за дурацкий эпизод:

Попасть в такое положенье,

Когда, какой ни делай ход, –

Лишь приближаешь пораженье!

Возможно ль что-то изменить?..

Всю власть в стране, похоже, вскоре

Дадут возможность захватить

Клыкастой большевистской своре!..

…А впрочем, эти чудаки

Себя же сами и погубят:

Заводы, банки, рудники

Никто без боя не уступит…

Тогда – гражданская война.

И здесь без пафосных сентенций

Антанта нам помочь должна,

А если надо – то и немцы.

Тут знать исхода не дано –

Возможно даже пораженье, –

Но я предусмотрел давно