– Если вы так настаиваете, я могу все рассказать, - с угрозой в голосе заявил Хэнсел.

– Да, я настаиваю, - спокойно ответил Мейсон.

– Хорошо, вы сами напросились, - сказал Хэнсел и повернулся к Холкомбу.
– Мне стало известно, что Эдисон заплатил Мейсону, чтобы... Он знает за что...

– Адвокату платят за то, что он знает, - улыбнулся Мейсон.
– Но если вы уверяете, что Эдисон заплатит за то, что знаете вы, тогда, мистер Хэнсел, ваши действия подпадают под другую статью. Если вы избежите каким-либо образом обвинения в подделке чека, то вы только что сознались в вымогательстве.

Сержант Холкомб от неожиданности перестал жевать свою сигару.

– Смотри-ка, как все поворачивается!
– воскликнул он.

– Что поворачивается?
– спросил Мейсон.

– Да ведь этот тип занимался шантажом, - сказал Холкомб.
– Ловко вы подцепили его с этим чеком. Он не мог отделаться от обвинения в подделке чека, не раскрыв того, что занимался шантажом. Поэтому-то он и не желал объяснять, за что получил чек.

– За что же вы получили чек?
– спросил Мейсон у Хэнсела.

– Я задумал одно дело и нуждаюсь в деньгах, - примирительным тоном ответил тот.
– Я говорил об этом с мистером Эдисоном. Мистер Эдисон посоветовал мне обратиться к его адвокату, то есть к вам.
– Хэнсел повернулся к Холкомбу и продолжил: - Я изложил дело Мейсону. Мейсон одобрил мое предложение, сказал, что Эдисон будет финансировать меня, и дал мне этот чек.

– Вынул из шляпы и дал вам?
– улыбнулся Мейсон.

– Вы положили чек в мою шляпу!

Мейсон посмотрел на него с сочувствием. Холкомб не выдержал и рявкнул:

– Что вы бред вы несете, Хэнсел. Из вашей шляпы! Вы понимаете, что говорите?

Хэнсел растерялся.

– Продолжайте, мистер Хэнсел - попросил Мейсон.

– Да пошли бы вы!..

– Так что со шляпой?
– настаивал сержант Холкомб.

– Ничего, - ответил Хэнсел.

– Это все, что вы хотите сказать?
– спросил Мейсон.

– Все.

– Больше ничего не добавите?
– не отставал Мейсон.

– Нет.

– А что за дело вы задумали, мистер Хэнсел?
– поинтересовался адвокат.

– Финансировать одного предпринимателя, выпускающего товары, которые Эдисон собирался продавать в своем универмаге.

– И кого именно?
– спросил Мейсон.

– Я не могу вам этого сказать.

– Какой товар он производит?

– Коммерческая тайна.

– Может, все-таки проверим личность этого господина?
– улыбнувшись, спросил Мейсон у сержанта Холкомба.

Сержант набрал на телефоне номер и сказал:

– Два часа назад я передал вам отпечатки пальцев человека, который назвал себя Хэнселом. Если вы уже... Да, я подожду, посмотрите... Да, жду.

Около минуты все молчали.

– Нашли? И что выяснили?

Холкомб стал быстро записывать на листке результаты проверки. В тишина было слышно как скрипит перо.

– Спасибо, - сказал Холкомб.
– Когда, вы говорите, его арестовали во второй раз? Так... Еще раз спасибо.
– Сержант повесил трубку, отодвинул телефон, выбросил размочаленную сигару в пепельницу и повернулся к Хэнселу: - Ну что, продолжим нашу беседу, мистер Хэнсел, он же Хэновер, он же Хэндвинг?

Хэнсел сидел, уставившись в пол. Сержант посмотрел на Мейсона.

– Да, как я и думал, он шантажист, - сообщил Холкомб.
– В своей жизни он не написал ни одной заметки. Постоянно занимался вымогательством. В подделках чеков не уличен.

– А теперь попался и с чеком, - заметил Мейсон.

– Да, попался, - неохотно согласился сержант.

– В каком банке? В своем или в том, где открыт счет у мистера Эдисона?
– спросил Мейсон.

– В банке Эдисона. С чеком этого банка. Он пришел туда с удостоверением личности, с водительскими правами и со всеми другими необходимыми бумагами.

– Тогда с ним все ясно. Не так ли?
– спросил Мейсон.

– Почти, - ответил Холкомб.
– Ясно, что он занимался шантажом. Черт возьми, Мейсон, похоже, что вы ловко обвели этого типа, а теперь пытаетесь провести нас.

– Как это?
– спросил Мейсон.

– С тем, что Хэнсел подделал чек. Мне это не нравится, - ответил Холкомб.

– Хорошо, - пожал плечами Мейсон.
– Пусть он сам все расскажет о чеке. Если это был шантаж, то он сядет за шантаж.

– Я уже все рассказал, - буркнул Хэнсел.