– Нет, - ответил Эдисон.
– Но его жена, Лоррейн Фэррел, сегодня днем видела на улице машину мужа.

Мейсон удивленно поднял брови.

– Она ездила по магазинам, - продолжал Эдисон.
– Хотела последовать за машиной Эдгара, но не удалось. Говорит, что автомобиль вел какой-то рыжий мужчина. Естественно, она теперь вне себя.

– Миссис Фэррел уверена, что это машина ее мужа?

– Абсолютно уверена, номерной знак тот же.

– И что она сделала?

– Пыталась схватить такси и преследовать машину, но та свернула за угол и скрылась от нее.

– Что же, Эдисон, - усмехнулся Мейсон.
– Если ваш партнер решил поразвлечься на стороне, то вы здесь ни при чем.

– Тут есть один очень важный момент, мистер Мейсон.

– Какой именно?

– Если Эдгар использует тот дом в качестве любовного гнездышка, то я хотел бы засечь его там.

– Зачем?

– Тогда Лоррейн сможет добиться развода, а я смогу заставить его продать свою долю акций.

– Теперь понятно.

– Я хочу, чтобы вы поехали туда со мной, Мейсон. Мне нужна ваша помощь. Если Эдгар там, то дело сделано - вы будете свидетелем. Я заплачу, чековая книжка при мне.

– Вы все время говорите, что Фэррел ваш компаньон. Как так получилось?

– Когда-то нас было двое владельцев - отец Фэррела и я. Но незадолго до смерти Фрэнка Фэррела образовалась корпорация. Каждый из нас получил по сорок процентов акций.

– А куда делись остальные двадцать?

– Мы предоставили возможность купить их старым служащим, кому можно доверять. За небольшим исключением, они никогда не присутствуют на совещаниях, удовлетворяясь дивидендами. Но если они уходят от нас, то обязаны продать акции.

– Значит, Эдгар унаследовал долю акций отца и принес вам кучу неприятностей?

– Как мне кажется, - сказал Эдисон, - Фрэнк Джайлс Фэррел совершил в своей жизни одну единственную ошибку - это его сын Эдгар. У Фрэнка не было образования, но он много работал. Эдгар был его единственным ребенком, и Фрэнк решил, что Эдгар не должен и не будет трудиться, как его отец. Как только Эдгар достиг совершеннолетия, он получил автомобиль. Он получил образование в хорошем колледже, его отец попытался устроить ему беззаботную жизнь.

– Как же вы допустили его до участия в деле?

– Когда Франк умер, акции перешли его сыну. Он не хотел расставаться с ними ни по какой цене. Вот тут-то я и просчитался. Я решил, что бизнес ему скоро надоест и он сам решит продать акции. Однако, все вышло совсем иначе. Во-первых, он приходил в контору лишь время от времени, вовсе не каждый день. Во-вторых, он постоянно возился со всякими сводками, совал нос туда, где ничего не понимал, считал, что оказывает помощь. Проклятье, Мейсон, я не выношу его!

– Понятно. Итак, вы хотите, чтобы его жена развелась с ним?

– В интересах дела - да. Это его скомпрометирует и развяжет мне руки.

– Других причин у вас нет?

– Поймите меня правильно, мистер Мейсон. Я бизнесмен. Когда мне приходится иметь дело с Эдгаром, я холоден и решителен. Если окажется, что он свил любовное гнездышко, где развлекается со своей милашкой, то Лоррейн убедится в этом и заставит его пойти на развод. При этом она получит свою долю. Понимаете?

Мейсон кивнул.

– При разводе Лоррейн получит часть акций. Я куплю их у нее, и тогда смогу контролировать все дело. Эдгару придется уступить мне. Он либо продаст оставшуюся часть акций, либо, как другие держатели, будет получать свои дивиденды, но не сможет вмешиваться в дела.

– Вы так ненавидите своего компаньона?

– Не то слово, Мейсон.

– Но на его жену эти чувства не распространяются?

– Лоррейн другое дело. Она очень мила и привлекательна. У нее светлая голова. С ней я смогу договориться. Если она получит половину акций Эдгара, это будет прекрасно. Но в конце концов неважно, сколько она получит. Главное - контрольный пакет будет у меня, это все, что мне нужно. С вашей помощью я застану его в любовном гнездышке.

– И когда мы отправимся?
– спросил Мейсон.

– Сегодня вечером.

– Договорились, - сказал Мейсон, взглянув на часы.
– Но не возвращайтесь в свой, не появляйтесь нигде, где бы вас можно было найти. Встретимся в семь часов. Постарайтесь до этого времени избегать контактов с полицейскими.

– Избегать контактов с полицейскими?
– переспросил Эдисон.

– Именно.

– Но при чем здесь полиция?

– Вами могут интересоваться в связи с шантажистом, Эриком Хэнселом, объяснил адвокат.
– Вы должны доверять своему адвокату.