Люди довольно быстро установили временные мишени и занялись делом. На поверхности стрелять у них получалось лучше, чем в воде, скоро к ним вернулась позабытая за эти дни бравада. Тоже неплохо: им не помешает хоть ненадолго вернуть абсолютную уверенность в себе.

Я наблюдал за ними издалека, мое присутствие не требовалось. Сержант заметил это, и, наладив очередность выстрелов, подошел ко мне:

– Кароль, тебя что-то беспокоит?

– Нет.

– Слабо верится.

И почему они проявляют сообразительность тогда, когда меньше всего надо?

– Ты считаешь, что мы ни на что не годны, - покачал головой Сержант.

Ну, не совсем точное определение моего отношения к ним, но близко.

– Не в этом дело.

– Даже если не в этом, все равно ты так считаешь. А мы не новобранцы... Разве что по сравнению с тобой. Но ты представь, что тебе постоянно пришлось бы действовать на суше, да еще и вдали от воды. Это то, с чем сталкиваемся мы. Превзошел бы ты нас?

– Нет. Поэтому я не суюсь на сушу.

– Потому что необходимости нет, - указал он.
– Но мы должны работать в воде. Не потому, что нам это так уж сильно нравится. Мы не можем поручить всю работу тебе, ты один, а работы много. Не пытайся нам показать, какие мы слабые, сделай нас сильнее.

Я не ответил; что тут отвечать?

Я и так знаю, что они не худшие. Для существ, сующихся в чужую стихию, она делают поразительные успехи. Не это настраивало меня против них... Наверное, на них я вымещал обиду на остальных людей, которые видели во мне лишь хорошо обученное животное. А может, и нет, я и сам-то не был уверен.

Так, хватит заниматься самокопанием, пора приступить к делу.

– Мне нужно размяться.
– Я указал на океан.
– Уплыву далеко, так что не волнуйтесь, если меня долго не будет. Я это из вежливости говорю, на самом деле, мне и в голову не придет, что вы можете за меня волноваться.

– Снова нас недооцениваешь, - тяжело вздохнул Сержант.
– Но уже по-другому. Вчера ты спас жизнь одному из нас.

– О да, я заметил букеты и пропитанные слезами письма благодарности у моих дверей.

– Не иронизируй, я и без того знаю, что ты с характером. Кароль... то, что мы не кидаемся тебе на шею со слезами, как ты выразился, благодарности, не значит, что мы ничего не заметили и не оценили.

– Принял к сведению. Пока меня не будет, не вздумайте лезть в воду.

– А что, в воде есть угроза?

Мы долго смотрели друг на друга, не произнося ни слова. Сержант не выдержал первым:

– Как хочешь, можешь не доверять нам.

Ну, теперь можно и мне чуть-чуть уступить:

– Дело не в доверии, а в уверенности. Я ничего не могу сказать точно, пока не проверю сам.

– Тогда не дергайся, мы останемся на корабле, пока ты не вернешься. Даже если для этого придется приколотить Водяного гвоздями к полу.

Хоть что-то решили...

Не прощаясь, - я счел это ненужным, - я спрыгнул в океан.

Вода, как и следовало ожидать, была холодной, после шторма всегда так. И откуда я это знаю? Забавно, ведь, если задуматься, это первый большой шторм в моей сознательной жизни! Но я не был удивлен им, даже не воспринял его как нечто особенное. Я знал, как все пройдет, многое мог предсказать заранее, будто проходил через подобное не раз.

Может, так оно и было.

След неизвестной твари я взял сразу - не так, как берут след собаки, не по запаху, а по самому присутствию в воде. Это было слишком сложно понять, но легко использовать.

Я плыл медленно, не расслабляясь ни на секунду, потому что вода действительно была мутной. Это то же самое, что идти в очень сильном тумане - не видно, кто рядом. Естественно, я должен был почувствовать приближение заранее, но с этой тварью ни в чем нельзя быть уверенным, слишком уж она чужая.

Дно приближалось - я почти достиг отмели. Здесь вода была гораздо чище, да и выглянувшее в небе солнце помогало мне, щедро бросая лучи в океан. Впрочем, даже если бы видимость не улучшилась, я бы все равно не проплыл мимо - слишком силен был в воде запах крови и смерти.

Теперь уже речь шла не об ощущении, а именно о запахе, пусть и не таком, как на поверхности. Мельчайшие частички крови смешивались с бесконечной толщей воды, и я чувствовал их физически, даже вдыхал их, хоть это меня и не радовало.

Источник найти было несложно - растерзанная китовая туша резко выделялась на светлом песчаном дне.

Я еще раз проверил ближайшие воды на постороннее присутствие и только после этого подплыл к своей находке.

Кит был большой. Точного названия этого вида я не знал, да и к чему оно мне? Я и так мог определить, что такое крупное создание не сдалось бы без боя; тот, кто напал на него, должен быть смелым и сильным... как и я предполагал. Подтверждение собственной правоты меня не обрадовало.