жилищный комплекс многоэтажек и к удивлению Женечки остановилась напротив Ритиного

подъезда.

– Если я не ошибаюсь, вас ждут здесь в гости. Значит, сделаем так…

Она поднималась на лифте, и последние слова майора милиции не остались в памяти, она

их просто не слышала, полностью переключилась на сценарий, спланированный еще перед

выходом из дому. А теперь, получив неожиданную свободу, ее совершенно не интересовали

временные или постоянные условия отпуска. Она уже входила в роль и фанатично ее

выполняла.

Рита открыла, не спрашивая.

Она вошла в холл, не замечая подруги. В просторный холл, обставленный по всем

правилам звездных стандартов – с вальяжными креслами, но почему-то похожими на стулья

советских столовых, софой, покрытой потертым ковриком, и непонятным, импортным

телевизором, во всяком случае, – копия последней модели «Электрон». Продольную стену

закрывал гарнитур «Жемчуг». На полу, приятно лаская подошвы ног, стелился не

приглушенный ногами капиталистический палас, а вполне традиционный советский коврик.

Из холла вели четыре двери. На них она не нашла надписей с эмблемами – одна в Toilet,

другая – с рисунком душа над головой – в ванную, третья – более фундаментально

выглядевшая с надписью «Exit» – на выход. Она удивилась – куда все делось?!.. Была еще

дверь без опознавательных знаков. Странно, но за ней она не услышала сексуальных

придыханий. И подумала, туда ли она попала? Все напоминало городскую Ритину квартиру.

Нужно ли идти дальше?

124

Женечка открыла дверь и посмотрела вовнутрь. Кухня! Обыкновенная советская кухня с

подвесными пожелтевшими от времени шкафчиками. Ритки здесь не было. Она хотела

возмутиться, сказать, какого черта подруга не стоит у рабочего стола, отчищая терку от

свеклы, и не портит свой маникюр, в то время как рядом должна быть автоматическая

шинковка? Она обернулась и, столкнувшись лицом к лицу с подругой, тут же забыла сказать

ей об этом, и бросилась обнимать.

– Что здесь произошло, подруга?

– Ты какая-то странная. Что здесь могло произойти? – удивленно раскрыла глаза Рита.

– Может, вышла замуж… – решила пошутить она.

– Здра-сти! Мы с тобой только вчера виделись. Я успела только переспать, как и ты.

– Ну вот, – обрадовалась она, – с кем, если не секрет?

Ритка застеснялась:

– Ну, не с тобой же…

– Алексей? А где он, не у тебя?

– Ну, подруга, ты точно недоспала, – с крайним удивлением отметила Рита.

Женечка сделала вид, что не услышала и посмотрела на кухонную плиту. На ней не стояла

кастрюля с варившимся аппетитным борщом и вообще – это была не пяти-конфорочная

электроплита, а обычная облезлая двухконфорочная газовая.

Женечка с усмешкой отреагировала, показав пальчиком на сиротливые конфорки:

– А почему ты меня не называешь как вчера: принцессой? И не будет вкусного борща на

обед?

– Евгения! Что с тобой?!

– Со мной? Это ты меня спрашиваешь, что со мной?! Я пришла, как ты сказала, Ритка! Ты

что? Забыла?

Рита стала напряженно припоминать то, что забыла. Ее глаза в ожидании медленно и

озадаченно просматривали все детали лица застывшей перед ней подруги, пытаясь получить

хоть какой-нибудь намек на выпавшее из памяти событие.

– Ладно. Тогда напомню, как склеротику.

Рита растерянно пожала плечами:

– Ну, говори. Согласна.

– Начну с намека. По мелочам. Дам тебе еще один шанс, – с наигранной веселостью

расщедрилась Женечка. – Подруга, кстати, ты опытная с мужиками…

– Ну и?..

– Мучает меня один вопрос. Зачем он меня пригласил в кафе? Он что, не мог там, на

бесплатном курорте попользоваться мною? Что ему мешало?

– Подожди, Женя, – мотнула Рита головой, – я видно таки того… Со мной что-то не так.

Кто «он»?

– Геркулес. Ты знаешь. Не притворяйся. Ты сама ему приготовила кофе, когда он ввалился

в гостиную. Ну… когда мы сидели и завтракали вот за этим столом, – она положила ладонь на

полированную поверхность. – «Мой поклонник» – ты его так назвала, не я.

– Поклонник?.. – напрягая память, она остановила глаза на Евгении, но рот продолжал за

нее говорить. – Может быть. Но Геркулеса не знаю. А что, у тебя появился поклонник? –