А тут на брег песчаный спустилась божественная Анжелика, оседлала белую лошадь, и в Пентагоне даже младенцы догадались, что это и есть всадники Апокалипсиса четыре в одном.

Жоффрей де Пейрак возлежал на шкуре ирокеза, читал политическую карту мира и ласкал нежные розовые соски своей жены вплоть до изменения цвета и консистенции.

– Милый, о фем ты думаеф?
– спросила Анжелика, не отрываясь от нефритового стержня.

– Я думаю, - судорожно перевел дыхание Человек-Гром, - а вот не создать ли мне Организацию Объединенных Наций?

– Симпатичное название, - кивнула Анжелика, - только если поменять «наций» и «объединенных» местами, получится прикольная аббревиатура со смыслом.

– Я подумаю, - ответил Жоффрей, - дорогая, кивни, пожалуйста, еще раз.

– Конечно, - закивала Анжелика.
– А зачем? Ну, в смысле, не кивнуть зачем, а зачем нужна организация объединенных наций?

– Ну, - простонал муж в пароксизме, - это для того, чтобы вожди заняли себя разговорами о судьбах человечества и перестали путаться под ногами.

– Прекрасная идея, - решительно сказала Анжелика, запивая соком, - только поспеши с реализацией, а то спиздят.

– Ты права, - Жоффрей решительно поднялся и нарисовал по древней американской традиции две черные полосочки на своих мужественных щеках.
– Я присяду на дорожку, а ты пока погладь мою карту мира.

– Внутреннего?
– уточнила Анжелика.

А Жоффрей рассмеялся и умиленно подумал, что, мол, вот какая у меня забавная жена. Шутит.

– Беги, - вздохнула жена, - Да осветит твой путь святой Свет, и не забудь нефритовый стержень.

– Вот же черт, - хлопнул себя по лбу де Пейрак, - а забыл ведь. Годы, годы…

Проводив мужа, Анжелика устало опустилась на смятую шкуру ирокеза, все еще помнящую тепло его тела - тела мужа, понятно, а не ирокеза - и задумчиво потерла виски нежными розовыми сосками. Это помогало ей сосредоточиться. Душа требовала решительных действий, но наша божественная героиня четко придерживалась мнения, что нравственная оценка решительных поступков зависит от их конкретного социального содержания, поэтому Анжелика отмела идею вырезать соседнее индейское поселение и занялась созданием благотворительного фонда: «Вместе против СПИДа».

Главная проблема, стоящая на пути активистов фонда, заключалась в том, что СПИДа еще не было и, по прогнозам, в ближайшие двести лет не предвещалось. Поэтому их деятельность заключалась, главным образом, в развозке по окрестным деревням отбитых у индейцев похищенных белых детей. Помирающие с голодухи окрестные деревни таким проявлениям благотворительности были несказанно рады.

В одной из поездок Анжелику похитили очередные индейцы.

– Трепещи, дьяволица, - сказал главный индеец, - ибо смерть твоя близка.

– Деточка, - вздохнула Анжелика, - за последние двадцать лет меня похищали сто три тысячи пятьсот сорок восемь раз, и по данным независимого статистического агентства «Ну заплатите нам хоть кто-нибудь!» процент выживших моих похитителей на сегодняшний день составляет тринадцать тысячных процента.

– То все были цветочки, - заверил индеец, - теперь мы по заказу молодой американской церкви везем тебя к самому страшному из всех пиратов - Золотой Бороде.

– А у него правда борода из золота?
– заинтересовалась Анжелика.

– Из чистого, - индеец размашисто перекрестился, - пусть духи предков плюнут в меня со Священной горы.

– А почему вы тогда до сих пор не сняли с него скальп, трусите? Или вы только с одной стороны скальпы снимаете?

– Мы, - обиделся индеец, - с таких сторон скальпы снимаем, что не при скво будет сказано. Но Золотая Борода - великий воин, да к тому же молодая американская церковь помазала его на спасение Нового Света кремом Мэри Кей.

– Мэри Кей?
– уточнила Анжелика.
– Тогда борода у него сама отвалится. Спасибо за информацию, дай телефон, мне надо отправить мужу смс.

– Тут не ловит, - пожал плечами индеец.
– Все, приехали.

Пирога вывела их в залив, где качался на волнах исполинский корабль с надписью «Zolotaya Boroda cargo».

– Я буду защищать тебя до последней капли крови, моя госпожа, - шепнул Анжелике захваченный за компанию активист фонда «Вместе против СПИДа».

– Ты, - поморщилась прекрасная госпожа, - лучше сбеги в суматохе и сообщи Жоффрею, что надо бы разобраться. А то я опоздаю на «Исцеление любовью».

– Выходите, вон вас встречают, - сказал индеец и выставил Анжелику из лодки прямо в руки легендарному пирату Атлантики.