Наконец она вышла с воды и сразу же почувствовала, как мокрая одежда облепила ее, а холодный ветер болью сковал тело. Идти было тяжело, намокший наряд стеснял движения, холод парализовал, и то и дело, ноги подкашивались. Очень хотелось разжечь костер, но сейчас было не время.

– На, - мужчина сорвал какие-то листки и протянул их Виктории, сам стал жевать парочку.

Девушка последовала примеру. Листья были очень горькими, от них сводило челюсть, и немел язык. Сначала она хотела выплюнуть их, но поняла, как от их терпкого сока разливается по телу приятное тепло. Конечно, оно не могло согреть полностью, и одежда все еще оставалась мокрой, но разогнавшаяся по венам кровь облегчила мучения. Виктория почувствовала, как открылось второе дыхание, и она быстрее пошла за мужчиной, который то и дело ускользал из ее виду.

Однако волшебное свойство листков стало пропадать и Викторию снова пробирали усталость и холод.

– А есть еще те листья?
– Поинтересовалась она.

– Нет, - отчеканил мужчина.
– Если много съешь, то у тебя возникнут галлюцинации. Потерпи, уже скоро...

Что имел в виду под словом 'скоро' повстанец Виктория не уточнила, но надеялась, что он говорил про лагерь. Иначе она не выдержит столько бега. Однако она также понимала, что глупо разбивать лагерь так близко от императорского замка, так что есть вероятность, что мужчина имел в виду всего лишь какой-то приют, предоставленный им единомышленником.

Как оказалось, пристанищем оказался дом лесника, который, как сказал мужчина, используется редко и в основном зимой. Все покрылось пылью, но было здесь то, что не могло не обрадовать девушку: печка и пару дров.

Виктория кинулась запалить огонь, но повстанец остановил ее, схватив за руку.

– Ты дура? Огонь лишь облегчит их поиски!

Менестрель ничего не стала говорить, почувствовав свою неправоту, однако зачем тогда нужно было сюда приходить. Скоро утро и отдыхать некогда!

– Здесь есть сменная одежда, - словно прочитав ее мысли, сказал повстанец, открывая сундук. Там и вправду оказалась сменная одежда. Порывшись, он достал приблизительно подходящие.

– Обуви нет, так что обмотаешь ноги сухими тряпками, - велел мужчина, порвав одну из сухих рубашек. Повстанец выделил девушке куртку с кофтой, брюки и мужские подштанники.

Одежда была непривычной, но другого выхода не было. Виктория зашла за клетчатую шторку, которая была импровизированной стеной, делающую комнату на спальню и кухню. Постаравшись быстро переодеться, девушка некомфортно почувствовала себя в свободной мужской одежде. Пожалуй, она привыкла носить корсеты.

Мокрую одежду мужчина скинул в корзину, накрывая ее оставшейся сухой, чтобы не так сразу бросалось в глаза.

– Пошли, - скомандовал он, и они снова бросились в путь. В лесу резко наступил рассвет, так что было хорошо видно. А еще до Виктории то и дело доносились отголоски собачьего лая.

– Они далеко, но нужно поторапливаться, - успокоил ее повстанец. Однако мысль о том, что ее могут найти прибавило Виктории силы, и она даже не могла думать об усталости.

После довольно долгого блуждания по лесу, они добрались до цели. Сначала это была ничем непримечательный сосновый бор, однако мужчина что-то пробормотал, после чего столбы деревьев стали мигать, в конце концов, исчезли, открывая перед изумленной девушкой иную картину. Огромный лагерь с тысячами людей, которые разбили палатки, распалили костры и держали коней. Некоторые заметили их, и один из мужчин в кожаной кирасе и с копьем пошел к ним.

– Ты тоже колдун?
– Только и успела спросить своего проводника Виктория, снизив голос до шепота.

– Нет, это сделал наш маг, поле снимает защиту, только перед посвященным.
– Ответил мужчина, прежде чем к ним подошли. Тот поднял в приветствие руку, однако на его лице застыла маска напряженного недоверия при виде чужой девушки.

– Кто это, Ург?

– Ее приютила Мариам, она была рабыней императора и сбежала, - отозвался повстанец.

– За ней был хвост?

– Да, - нехотя ответил Ург, - но мы ушли через реку.

– Это не важно! Собаки не учуют, так маги. Зачем ты ее взял?
– Недовольство воина читалось на лице. Виктория хотела ответить что-то резкое, но ее проводник перебил ее, продолжая говорить:

– Если бы она осталась с Мариам мы бы потеряли ценного человека в городе. Солдаты везде вынюхивали, так что пришлось принимать поспешное решение. Я предлагаю доверить ее судьбу Вариасу.

Виктория с любопытством посмотрела на мужчину. Вариас, нужно запомнить, должно быть это и есть имя их главаря. А еще она разглядывала людей, всматриваясь в их лица, с надеждой пытаясь отыскать в них Дэйниса.

– Ты принес?
– Перешел на другую тему воин. Ург только коротко кивнул.

– Ладно, пошли к Вариасу и девку с собой забери, подождет у входа, пока главный захочет ее видеть.

Ург ничего не сказал, схватил Викторию под руку, повел вглубь толпы.

– Не веди меня, как заключенную!
– Возмутилась девушка.

– Это уже Вариасу решать, кем ты будешь, - холодно отозвался мужчина и его тон не понравился менестрель. Правильно ли она поступила, что связалась с ними?

Они оказались около большой палатки, Ург оставил ее с одним из мужчин и сам зашел внутрь. Потянулись мучительные секунды, и ей было очень неловко. Девушке даже стало не хватать Урга, по крайне мере это был человек, который ей помог и которого она хоть немного знает и ему доверяет Мариам. Сотни взглядов уставились на нее, но не подходили, зато обсуждали. Она не слышала, однако взгляды их были недоброжелательными. Почему-то сразу почувствовала себя словно у императора. Тогда ее так же 'рассматривали'.