– Ну, меня же им секли, — пожал плечами Истребитель. — Между прочим, всего за два месяца до того, как ты меня на стене видел. Ты хоть какие рубцы на мне тогда заметил?

Игинкат задумался, но ничего не припомнил.

– Не заметил, но я же тогда внизу стоял, довольно далеко от тебя. Ты весь загорелый был.

– То есть никаких струпьев или розовых полос?

– Не-а.

– Вот тебе и ответ. Кровь, конечно, после такой порки выступает, но все отметины потом проходят без следа. Десяток ударов зараз выдержать можно, а больше и не дадут. Короче, не изуродуют, и девки при виде тебя шарахаться не станут.

Игинкат с облегчением рассмеялся. Они уже практически дошли до дома Стауледов, заходить к ним в гости у мальчика планов не было, так что с Истребителем пришлось попрощаться. Корге его, конечно, малость успокоил, но хотелось получить подтверждения полученных сведений от кого-нибудь более взрослого и знающего. Больше всего на эту роль подходил Талис Эресфед.

Когда Талис в очередной раз заглянул к Игирозам в гости на ужин, Игинкат пристал к нему с вопросом, стоит ли ему записываться на четвертый курс.

– А тебе предлагали? — поинтересовался капитан.

– Да, и врачи в поликлинике, и один из моих школьных друзей, причем настойчиво так…

– Похоже, ты, братец, начинаешь пожинать издержки популярности, — усмехнулся Талис. — Или ты не догадываешься, что уже городской знаменитостью стал? Ну так могу доложить, что о тебе знают уже по всей Ксарте. У одного из моих сослуживцев есть дочка двенадцатилетняя, так представь, даже в их женской школе сплетничают о мальчике, «который плавает в ледяной воде»! Да-да, именно эта характеристика стала уже твоим неофициальным прозвищем!

Игинкат густо покраснел:

– Ой, а я даже родителям об этом не говорил…

– Думаешь, они все еще продолжают пребывать в святом неведении? Зря. У нас такие героические слухи ой как быстро разносятся… Ну, и конечно уже всем известно, что этот самый мальчик за год успешно прошел три ступени подготовки, к тому же он еще и иностранец, то есть для нашего юного поколения существо априори загадочное, стало быть, для твоих ровесниц ты теперь самый вожделенный кавалер!

Игинкат не знал уже, куда глаза девать от смущения, но все же нашел в себе силы пробормотать:

– А что еще обо мне говорят?..

– Ну, что ты очень симпатичный, и лучший в городе пловец, и драться умеешь отменно, и в школе к тому же круглый отличник. Самые завиральные измышления не стану даже произносить, чтобы ты совсем уж не возгордился. Единственное темное пятно на этом сияющем образе — это мнение, что ты по характеру бука и на девочек даже не глядишь. Правда, все знают, что с одной девчонкой ты близко знаком, но она — юная амазонка, то есть по их понятиям и не девочка совсем, а такой же как ты боец.

– А почему это я бука! — возмутился Игинкат. — Да они сами ко мне не подходят!

– У-у-у, а вот тут уже разница национальных характеров проявляется. У вас девчонки, что ли, сами на парней вешаются? А у нас вот так сама подойти может только амазонка, а остальным мораль предписывает вести себя скромно и ждать, когда парень сам на них внимание обратит. Родители твои рассказывали, что ты летом целый месяц на ферме отработал в компании сверстников. Они по вечерам к девчонкам бегали?

– Бегали. А вы откуда знаете?

– Потому что сам недавно таким же был. Эти вечерние гулянки в садах у нас почитаются самым лучшим временем для знакомств. И наверняка все окрестные девчата знали, что ты на соседней ферме живешь, только твои товарищи регулярно к ним приходят, а ты почему-то нет. Ну, и какое мнение тогда о тебе могло сложиться?

– А я не зна-ал… — разочарованно протянул Игинкат.

– Ну, будешь знать теперь. Только вот какое дело: это все дивиденды с твоих прежних подвигов, а от тебя сейчас будут ждать новых. Мол, раз он такой герой, три ступени так быстро покорил, так и на четвертую обязательно должен подняться. И если тебе это удастся уже в этом семестре, тогда ты точно станешь живой легендой и все девчонки будут твои! Ну, а если решишь передохнуть или вообще откажешься от дальнейшего восхождения, на что, конечно же, имеешь полное право, публика в тебе разочаруется, причем и девчонки, и парни. В общем, сам решай, хочешь ли ты продолжать считаться героем, или предпочтешь тихое серое существование.

Игинкат растерянно заморгал. Это что же получается, он сам себя загнал в ловушку? Не пойдешь на четвертый курс, и та же Рамета в тебе разочаруется, и Истребитель, и даже малыш Ивле, который сейчас тебе в рот глядит. А пойдешь — это опять изнурительные тренировки на целых полгода, и постоянная боль, и вообще неизвестно, какие там еще пакости припасены для четверокурсников!

– А вы бы мне что посоветовали? — промолвил он дрогнувшим голосом.

– А я советую все же идти. Конечно, будет трудно, неподготовленный мальчик там бы точно сломался, но ты парень крепкий, ты выдержишь. И идти лучше сейчас, а не ждать следующего семестра. Стрессоустойчивость, знаешь ли, тоже снижается, если ее постоянно не тренировать.