– Он был великим, - мягко произнесла женщина.
– Тысячи лет прошли, а наследие все так же бессмертно. Каждый, кто видит картину - понимает. Не в этом ли истинное мастерство? Показать честолюбивому человеку, сильному орку, смелому гному, находчивому гоблину - настоящую ценность их пути. Единственного и неповторимого. А цели... Целей множество. Но темный лес - он один.

Мягко улыбнувшись, пожилая леди с молодыми, сияющими глазами, тихонько выскользнула из комнаты.

– Да уж... испытание.

На меня перевел взгляд Свето-Зар:

– Не решившись, так и простоишь всю жизнь там. На краю цветущего луга у своего темного леса. И уйдешь, опустошенный. Не найдя своего...

– Да бред, - прервал я словоизвержение пухлого адепта.
– Сожрут - и все!

– Ты так говоришь, будто бывал там.

– Бывал? Ха! Не смеши. Нет, конечно.

Что же это было? Сон? Заснул, стоя перед картиной? Девлары...

– Нет. Нет. Пошли дальше, чего застыл.

Никто, естественно, не позвал на помощь. Да и коротышку не видел. А вот молодой человек в великолепном костюме, модный красавчик, встретился. С загнанным взглядом, мятой физиономией, с забавным выражением на оной: "Как"?

Выйдя из галереи, засовывая руки в теплые перчатки, увидел интересную картину: парочка рабочих и старик замерли у стены перед семилучевой звездой. Но не светло-зеленой, как было при входе, а черной. Выжженной. Да и стена вокруг изрядно обуглилась...

– Курема... че делать-то? Хозяйка шкуру спустит-то...

Старик в рваном затасканном пальтишке, заляпанном пятнами в десяток слоев, шумно высморкался и простуженным голосом приказал:

– Беги-ка, Леший, за храмовниками. Не к добру это, ох, не к добру...

***

Странный город... То глюки накатывают, кажущиеся реальностью. То реальность глючит, навевая мысли о посещении некоего тихого, спокойного, и без всяких верующих заведения. Хотя, кто сказал, что оное место будет без мессий, ставленников и прочих?

Хорошо то, что хорошо заканчивается. Придя к этой простой мысли, и учитывая опыт свободной прогулки по Туриону, я понял: учеба дело важное. Однако, чтобы в следующий раз не напарываться на неприятности, следует несколько изменить формат.

Свето-Зар внял доводам разума - и отправился в ближайшую к постоялому двору местную харчевню. Где еще хорошо развязываются языки? Тем более, что истовые верующие, после рабочего дня потребляют по несколько кружек горячего отвару, сдобренного доброй порцией "успокоительного". А уж говорить "как свой", то бишь разглагольствовать на религиозные темы, пухлый адепт тот еще мастак.

Я же потопал туда, где мне всегда рады: в книжную лавку. Кто еще поругает вонючий гоблинский клей, похвалит стройный гномий кегель, и взмолится всем известным богам в желании наказать того недоумка, который умудряется криво обрезать великолепные листы. А уж как сошьют, да как заклеят... Впору вешать на столбах каждого второго гнома!

Прошерстив снизу доверху "Дом знаний" (громкое название для тесной лавчонки), я нашел языка: молодого парнишку посыльного. Легконогий пацан, выбравший работу в книжной лавке как спасение от наказания за грехи бурной молодости, еще окончательно не замкнулся в уютном тихом мирке письменной мудрости. Отчего отлично подойдет как источник ценных сведений о местных красотах.

Как я и ожидал, подстав нашлось много. Даже слишком. В каждом посещении, экскурсии, охоте, наблюдении. Что это? Промашка кафедры? Сомнительно. Испытание? В принципе, опасности никакой. Правда, пара запачканных штанов вполне реальна.

Вечером, поделившись результатами разведки, мы решили не отступать от программы, а слегка ее изменить. Действительно, зачем лезть в пасть снежному червю, пытаться проникнуть в тайные катакомбы или спереть страничку из святой книги в храме Лейнуса, когда все это можно практически за бесценок купить в ближайшей сувенирной лавке. Тугрик - забавная игрушка, "Тайные катакомбы" - жизнеописания святых, а страница из книги - здоровенная доска с выжженными письменами. Чему тогда удивляться, если в "катакомбах" встретились описания бытия именно тех святых, о которых нам и было поручено составить пару свитков.

В последний день завернули и в Усыпальницу святых. Послав дюжих охранников по-батюшке, присовокупив пару монеток, морду кирпичом, помахав кулаком перед носом и выразительно сплюнув под ноги - получили доступ в настоящее подземелье, а не в имитацию. Разочаровались. Камни, капающая вода, грязные кельи, заваленные мусором рассыпавшихся в мелкую труху гробов. Смотреть - нечего. А туристы-то прут... Храмовое начальство, несмотря на лютую ненависть к собратьям, денежки считать умеет...

С провожатой, пропадавшей невесть где, столкнулись около поездка.