Прошло пять дней с последней встречи, когда сет Роим снова меня нашёл.

Я возвращалась от больного, и возле дома меня поймал мальчишка-курьер.

– Сета Штарин?

– Да.

– Вам письмо по городу. Получите. Распишитесь.

Я черкнула завиток в ведомости.

 - Сколько с меня?

– Не волнуйтесь, кавалер всё оплатил,- белобрысый пацанёнок хитро подмигнул и заговорщически улыбнулся.

От такой вести я опешила. Какой кавалер? Кто-то из клиентов пошутил? Я машинально выдала вихрастому пару монет. От маленькой «плюшки» он не отказался и умчался довольный до нельзя. Письмо прислал сет Роим. Содержало оно отнюдь не любовное послание.

« Только что поступило сообщение о новом обезображенном трупе. Я прошу Вас срочно прибыть на место преступления. Адрес …Оплата – прежняя.» Время, дата, подпись. Я глянула на часы. Двадцать четыре минуты назад. Надо торопиться.

На дорогу ушло тридцать две минуты. Странно. Хожу я быстро. Наверное, бабка мне длинный путь указала.

Возле старого с частично обвалившейся крышей дома собралось немало людей. Кое-как я протолкалась к покосившимся воротам. Страж хотел привычно завернуть зеваку, но моё имя чудесным образом заставило его отступить в сторону. В дверях маячил ещё один охранник. Он тоже проникся, услышав фамилию Штарин, и пропустил меня внутрь.

Сразу за дверью находилась довольно большая комната. В ней занимались разными делами хмурые люди. Стражник, писарь, Роим, незнакомый мне дядька, целитель. Роим и дядька спорили о чём-то. Остальные тосковали. Запах, памятный по прошлому разу, доносился из следующей комнаты. Я огляделась и спросила:

– А зачем здесь лекарь? Что, труп ещё жив?- хотела пошутить, но вышло уж больно мрачно.

Собеседник Роима обернулся ко мне.

Полгода после смерти матери я жила одна в нашем доме, потом бабушка и дедушка вспомнили про меня. Год я прожила у них. Это был тяжёлый год. Убить меня родственничкам не позволяли представления о чести. Любить – тоже. Поэтому меня методично пытались довести до самоубийства. Я самоубиваться отказывалась наотрез, и, в конечном итоге, они меня продали. Но, благодаря им, я научилась скрывать свои чувства и врать с честнейшими глазами. Я не покраснела, не вздрогнула, не уставилась на этого человека, но первые две мысли я не скажу никому и никогда. Бывают такие мужчины, которые, не обладая идеальной красотой, покоряют обаянием.

– Нет,- хмуро ответил капитан,- некоторым становится плохо при осмотре тела.

Представлять меня он не собирался. Я поплелась исследовать останки.

Этого несчастного не стали рубить на мелкие кусочки. Мёртвый юноша почти целый висел под потолком. Зато так было яснее, что конкретно с ним вытворяли.

Сильно, очень сильно ощущался след магии. Не дожидаясь указаний, я вслушалась. Снова целительство и мощное воздействие на рассудок жертвы.

– Спешу обрадовать, здесь был маг разума. Сильный и искусный. При помощи амулетов лечил жертву и как-то влиял на сознание.

– Как именно?

– Не знаю. Чарами разума я владею плохо, но, судя по силе эха, колдун творил что-то очень серьёзное. Может, принуждал к чему-то. Может, вмешивался в память.

– Это тот же человек, который убил девушку?

– Он подписи не оставил, а след скрыл. Но, вообще-то, похоже.

– А что за эмоции он испытывал? Нам нужно выяснить мотив. Ненависть, любовь, обида?

– Я гляну, но сведения будут недостоверны. И, если прошлое убийство тоже его вина, то и тогда я не ручаюсь за точность.

– Почему?

– Это опытный маг разума. Изменить эмоциональный фон для него – раз плюнуть. Тем более что мои способности в этом направлении очень скромные. Я просто не замечу наведённых чар.

– Я учту. Приступайте.

Я пожала плечами и пошла за белладонной. Наверняка, агония парня будет заглушать всё остальное так, что имеет смысл сразу принять обостряющее восприятие снадобье.

Сглатывая горький настой, я недовольно морщилась. Сейчас я буду красной как после бани, с сухими, обмётанными белой гадостью, губами, с неестественно широкими зрачками. Я не рассчитывала покорить понравившегося мужчину и в обычном виде, но знать, что он увидит урода, было неприятно. Кто же он такой?

Я встала посреди бывшей спальни в шаге от мертвеца. Там, где не было потёков крови и грязи, виднелась гладкая кожа. Иначе определить возраст не получалось, страдания смыли молодость и красоту. Я встряхнулась. Пора заняться делом.

Воздух вышибло, как от удара под дых. Я безрезультатно пыталась вдохнуть секунд пять. Наконец, у меня получилось. На глаза выступили слёзы. Сет Роим и незнакомец с беспокойством смотрели на меня. Нет! Мне нечего им сказать, кроме личных впечатлений. Я почти ничего не увидела. Нужно глубже нырять.

Закончила я довольно быстро. Меня трясло от страха. Пепельноволосый положил руку мне на плечо.

– С вами всё в порядке?- -

– Да,- и без перехода поинтересовалась,- а как вас зовут?- всё что угодно, только бы не думать о том ужасе.

– Оласс Сель. Я - кандидат в совет от нашего города. Примчался узнать, не могу ли я чем-то помочь.

Я кивнула. В преддверии выборов кандидаты во всё лезут, лишь бы засветиться.

Его ладонь соскользнула по моей ключице. То ли погладил, то ли неловко руку убрал. Я судорожно сглотнула вязкую слюну. Надо собраться. От меня ждут ответов, а не романтических бредней.