Шрифт:
– Знаю! Сейчас всё сделаю!- захотелось подпрыгнуть и захлопать в ладоши, еле сдержалась.
Веран поднял левую бровь:
– Сета, вы теряете дар связной речи. Спокойнее. Что Вы придумали?
Вот как необдуманное применение лекарств влияет на людей. Иронии я от капитана не ожидала.
– Я дам ему успокоительное. В слоновьей дозе. А затем уж разбудим и поговорим. Правда, за результат не ручаюсь.
Сель посмотрел на Роима:
– Решайтесь, капитан, другого выхода, похоже, нет.
Коротышка скорчил недовольную гримасу.
– Пока вы найдёте опытного мага разума, пока договоритесь, пока он приедет, здесь полгорода вырежет сумасшедший волшебник.
– Он не сумасшедший, он вполне нормален,- возразила я.
Оласс уставился на меня:
– Я думаю, человек, который творит такое, вряд ли в своём уме. Даже если рассуждает здраво и не пускает слюни.
Крыть было нечем, и я заткнулась.
22.
Через час я сидела и держала руку на запястье преступника. Пульс замедлялся – успокоительное действовало. Я дождалась, когда сердцебиение максимально замедлится, и развеяла сонный морок.
Мужчина открыл глаза. Я видела, как смертельный страх запускает в него когти и вязнет в трясине глушащего состава, гуляющего в крови. Немного ускорилась частота дыхания. Человек ощутил лёгкое волнение, но оно почти сразу погасло. Я приглашающе посмотрела на Верана.
– Как тебя зовут?
– Крон Механ.
Ни единая мышца не шелохнулась в его теле, кроме необходимых для разговора.
– Ты пытался похитить человека сегодня.
– Да.
– Тебе нужен был кто-то определённый?
– Нет. Любой мальчишка,- он подумал,- или девчонка.
– Зачем?
– Приказ хозяина.
Голос звучал абсолютно бесстрастно. Он не врал. Просто не видел смысла лгать. Ему было безразлично, что его ответы подписывают ему приговор.
Бесновалось бессильное колдовство. Лишь изредка его зрачки расширялись на пару секунд, а взгляд мутнел.
Крон был мразью. Мог ограбить прохожего, наняться охранником, влезть в чужой дом, подрядиться убить кого-то или избить. Его и двух его дружков нанял три недели назад некий «хозяин». Они выискивали жертвы. Так мы узнали, что убитые были выбраны не случайно.
– Он сказал, нужны сопляки из хороших семей. И чтобы на мордашку смазливые.
На мой немой вопрос Роим кивнул. Я о парнишке ничего не узнавала, но видимо его опознали и родственников нашли.
Механ в подробностях описывал где, когда, зачем встречались, но внешность мага описать не мог – чародей всегда встречал их сидя, одет был в бесформенный балахон с капюшоном. Хитрость детская, но действенная. Я представила колдуна, который старательно драпируется в безразмерную накидку перед приходом шпаны. Тщательно расправляет складочки. Против воли улыбнулась. Страшный волшебник стал смешным.
Роим сиял как начищенный пятак. Он получил массу названий и имён. Ему предстояла кропотливая и нервная, но больше не безнадёжная работа. Сель загадочно улыбался.
Сердце арестованного ускоряло свой ритм. Однако и вредоносные чары почти выдохлись. Я кивнула стражам, стоящим по бокам от преступника. Они мигнули, мол, поняли и приготовились. Человек на колченогой табуретке начинал нервничать, ёрзать. Его ответы больше не были полными и откровенными. Он понимал, что уже сам загнал себя в безвылазную ловушку, но надеялся, что хоть какая-то щёлочка для оправдания у него осталась.
Наконец, он закричал и вскочил. Я с удовольствием наблюдала за его метаниями. Стражи сбили его с ног и прижали к полу. Я позволила себе торжествующую улыбку. Он жил! И хотя захлёбывался криком, но не спятил. Ближайшие сутки его будет трясти, но затем заклятие рассеется окончательно.
Мы вышли из клетушки и вернулись в кабинет Верана. Расположились в креслах. Капитан неожиданно добродушно обратился к Олассу:
– Я согласен с Вашим предложением. Думаю, организовать патрулирование стоит как можно скорее.
Я навострила ушки. Предложение? Что-то такое Сель упоминал в разговоре с Вераном при первой нашей встрече. Значит, он предлагал патрулировать улицы. Но ведь стражи и так этим занимаются.
К моему сожалению, развивать тему они не стали. Кандидат улыбнулся, поднялся и сказал:
– Я сейчас же распоряжусь. Всё как мы договаривались.
Развернулся и вышел. Я усердно давила своё любопытство, но быстро сдалась. Я только надеялась, что мои вопросы не выглядят интересом глупой влюблённой курицы.