ЛУКРЕСИЯ. Тебе известно, зачем. За шнурком. Госпожа просит посетить ее, да поскорее, ее замучили обмороки и боли в сердце.

СЕЛЕСТИНА. Молоденькая девушка жалуется на сердце?

ЛУКРЕСИЯ. Чтоб тебя разорвало, притворщица! Будто не знаешь отчего? Наколдует, хитрая, и уйдет, а потом прикидывается, будто ничего не знает!

СЕЛЕСТИНА. Что ты мелешь?

ЛУКРЕСИЯ. Дай, говорю, мне шнурок!

СЕЛЕСТИНА. Идем, он у меня при себе.

Заглянули обе за занавеску, вздохнули и пошли на улицу. Несутся, подняв юбки, по дороге к дому Мелибеи.

А Мелибея на кровати, руки к небу поднимает, пьесу «Ромео и Джульетта» разыгрывает.

МЕЛИБЕЯ. О, горе! О женщины, робкие создания! Почему не позволено нам, как мужчинам, открывать свою пылкую любовь? Тогда Калисто не пришлось бы сетовать, а мне грустить.

Селестина и Лукресия прежде, чем войти, у двери послушали, потом — вошли.

ЛУКРЕСИЯ. Входи, входи, это она сама с собою.

МЕЛИБЕЯ. Откинь занавесь, Лукресия. О, мудрая и достойная женщина, благословен твой приход! Ты сможешь отплатить мне за милость, которую просила для того дворянина? Ведь он уже исцелен силою моего шнурка?

СЕЛЕСТИНА. Какой недуг наложил печать на цветущие краски твоего лица?

МЕЛИБЕЯ. Сердце мое пожирают змеи, скрытые в моем теле.

СЕЛЕСТИНА. Отлично. Все идет, как я хочу!

МЕЛИБЕЯ. Ты догадалась о причине мук моих?

СЕЛЕСТИНА. Ты не поведала мне, каковы муки — как узнать причину?

МЕЛИБЕЯ. Прошу тебя, дай мне какое-нибудь лекарство.

СЕЛЕСТИНА. Желать здоровья — наполовину выздороветь. Да еще запомни: врачу, как исповеднику, говорят всю правду, без утайки.

МЕЛИБЕЯ. Болезнь моя — в сердце. Волнения начались от тебя!

СЕЛЕСТИНА. Ясно. Я открою тайну твоей болезни.

МЕЛИБЕЯ. Говори, Бога ради!

ЛУКРЕСИЯ. Эта колдунья прибрала ее к рукам.

МЕЛИБЕЯ. Что сказала?

СЕЛЕСТИНА. Я не слышала. Если хочешь излечиться — свидетелей здесь не должно быть, и потому вели ей выйти. А ты уж извини!

МЕЛИБЕЯ. Живо, убирайся!

ЛУКРЕСИЯ. Ухожу, сеньора!

Селестина, выпроводив Лукресию, по-хозяйски села на кровать рядом с Мелибеей.

СЕЛЕСТИНА. Ну так вот. Любовь пронзила твое сердце, не порвав одежды, и я исцелю его, не поранив тела.

МЕЛИБЕЯ. Как зовется боль, овладевшая моим телом?

СЕЛЕСТИНА (улыбается тихо). Нежная любовь — скрытое пламя, приятная рана, вкусная отрава, отрадная смерть.

МЕЛИБЕЯ. Вряд ли я излечусь.

СЕЛЕСТИНА. Когда всемогущий Бог посылает болезнь, он дарит и лекарство. Калисто!

МЕЛИБЕЯ. Калисто? Нет, нет! Пропала моя честь, погибло мое целомудрие!

СЕЛЕСТИНА. Я устрою так, что желания твои и Калисто исполнятся.

МЕЛИБЕЯ. Устрой, чтоб я немедля могла с ним свидеться.

СЕЛЕСТИНА. И свидеться и говорить.

МЕЛИБЕЯ. Говорить? Невозможно!

СЕЛЕСТИНА. При желании все возможно.

МЕЛИБЕЯ. Но где?

СЕЛЕСТИНА. Я все обдумала: на пороге твоего дома.

МЕЛИБЕЯ. Когда?

СЕЛЕСТИНА. Нынче ночью. В полночь.

И тут, как гром средь ясного неба, в комнате появилась грозная мама — Алиса.

АЛИСА. С чего это ты, соседушка, зачастила сюда?

СЕЛЕСТИНА. Вчера, сеньора, я не довесила немного пряжи, вот и принесла ее сегодня, как обещала, а теперь ухожу. Да хранит тебя Господь!

АЛИСА. И тебя также! Ступай с Богом!

Селестина выкатилась из дома и побежала по дороге, к Калисто.

Что понадобилось этой старухе?

МЕЛИБЕЯ. Она продала мне немного румян.

АЛИСА. Это больше похоже на правду, чем ответ подлой старухи. Остерегайся ее, она известная обманщица. Ловкий вор всегда бродит возле богатых домов.

МЕЛИБЕЯ. Благодарю за предупреждение, матушка.

Селестина летела по дороге. Маленькая страна Испания. Не успела Селестина как следует разбежаться, как пришлось тормозить: ведь навстречу ей шли Калисто, Семпронио и Пармено.

СЕЛЕСТИНА. Я бежала за вами, да никак не могла догнать, юбки длинны!

КАЛИСТО. Ты весела, но не знаю, несешь ли ты мне жизнь.

СЕЛЕСТИНА. Несу в своих устах.

КАЛИСТО. Возможно ли, счастье мое и отрада? Поясни?