Мадам провела Марго на третий этаж, показала ей комнату: кровать, стол, стул, книжная полка, ванная и туалет.

– Добро пожаловать домой, Марго! – сказала она. – Приди в себя, отдохни, а затем нам предстоит серьезный разговор.

Цирцея, не слушая вопросов Марго, вышла. В замке лязгнул ключ, девушка потянула ручку и поняла, что ее заперли. Маргарита увидела, что окна комнаты забраны мелкой решеткой. Это настоящая тюрьма! Значит, она права в своем предположении, что Цирцея владелица борделя! Ей доводилось слышать о том, что такие вот разлюбезные и деловые дамочки содержат «пансионы», «сиротские дома» и «школы»: за благопристойным фасадом и невинной вывеской скрываются разврат и похоть. Неопытных девиц держат под замком, а по вечерам в особняк наведываются состоятельные и порочные господа, которые предаются с несчастными жертвами пороку!

И все эти «мадам Цирцеи», как злобные паучихи, сосут из девиц кровь и зарабатывают огромные деньги. Марго решила, что ни за что не согласится на роль проститутки. Пусть лучше Цирцея сдаст ее обратно немцам или применит свой пистолетик!

Маргарита была так взволнована всем происходящим, что, повалившись на кровать, решила подумать над планом побега. Вместо этого она заснула. Когда Марго открыла глаза, то обнаружила на столе поднос с завтраком. Девушка подкрепилась и стала ждать.

Она нападет на Цирцею, когда та появится в комнате! Огреет по голове стулом или подносом и скроется из этого «пансиона». Нет, лучше заставит мадам дать ей несколько пачек денег – Цирцея, судя по всему, живет припеваючи, эксплуатируя рабынь!

Дверь бесшумно открылась, появился знакомый Марго Жорж – на этот раз великан был в темном костюме, а не в одеянии кучера.

– Тебя ждет мадам, – сказал он зловеще. Марго поняла – Цирцея будет склонять ее к тому, чтобы принять предложение работать в ее борделе! Поэтому и послала Жоржа, еще бы, этот башибузук на кого угодно нагонит страху!

Маргарита последовала за Жоржем. Она видела, как распахиваются двери многочисленных комнат и девицы с любопытством таращатся на нее. До Марго донеслось:

– Новенькая, новенькая!

Еще бы, думают, что она станет одной из них. Как бы не так, она не желает играть роль «падшей женщины»!

Жорж отконвоировал Маргариту в кабинет мадам Цирцеи. Та, в светло-сиреневом платье, в очках в золоченой оправе, сидела за массивным столом и изучала бумаги.

– Добрый день, – улыбнулась Цирцея. Маргарита испытала чувство запоздалой благодарности – как-никак эта особа спасла ее от смерти.

– Я вижу, что ты выспалась, теперь самое время ответить на все твои вопросы, – сказала Цирцея.

– Я и так все знаю! – крикнула Марго.

Мадам усмехнулась и сняла очки:

– О, и что же тебе известно, девочка?

– У вас никакой не пансион, а жуткий притон-бордель! – закричала Маргарита. Терять ей все равно нечего, пусть Цирцея знает, что она в курсе происходящего. – Вы похищаете девушек, держите их силой и делаете из них шлюх. Как вам не стыдно!

Цирцея расхохоталась:

– Марго, тебя никто не держит! Если хочешь, можешь идти на все четыре стороны. Но прежде чем ты примешь решение, позволь поведать тебе о том, на чем специализируется мой пансион.

Она указала Марго на кресло, та нехотя присела. Цирцея протянула девушке стопку газет. Ничего не понимая, Маргарита принялась их просматривать. Первые полосы разнообразных европейских изданий гласили: «Ограбление века! В Лондоне исчезла бриллиантовая диадема герцогини Корнуэльской», «Неизвестные грабители обчистили виллу владельца концерна «Крупп». Похищены ценные бумаги и драгоценности на три миллиона рейхсмарок», «Скорый поезд из Марселя в Париж подвергся нападению: из почтового вагона пропал миллион франков».

– И зачем вы мне это суете? – спросила несколько обескураженная Маргарита. – Что это значит?

Цирцея, забрав у нее газеты, ответила:

– Ты уверена, что я содержу бордель. Ты права, мой пансион – не заведение для благородных девиц, как это значится в бумагах и на вывеске. Но и не бордель, как ты подумала, Марго! Ты наверняка и сама обратила внимание, что деньги в этом мире очень часто лежат под ногами, и задача умного – поднять их и положить к себе в карман. Именно этим мы и занимаемся!

Маргарита ничего не понимала. Что имеет в виду мадам Цирцея? Или это ее очередная уловка, при помощи которой она хочет провести ее?

– Ах, девочка, я вижу, что ты мне не веришь, – вздохнула Цирцея. – Ну что ж, недоверие и сомнения – первая реакция на мои слова. Марго, я предлагаю тебе остаться в моем пансионе. Я чувствую в тебе талант! Ты станешь моей лучшей ученицей! Еще бы, ведь твоя матушка была самой маркизой де Вальтруа!

Марго спросила:

– Чего вы хотите, мадам? Моя мать закончила жизнь на эшафоте. Вы и мне уготовили подобную участь?