Корабль подхватило течением. Всем нужно было чем-то заняться, чтобы рассеяться и забыть о горе. Первой выпрямилась Ланта. Ее подбородок подался вперед, она смахнула слезы, как будто собиралась стереть неприятности из памяти.

— С ним все будет в порядке. Я не поверю ни во что другое. Нет. — Она повернулась к Сайле. — Завет Апокалипсиса гласит: «Вера, и только вера, может победить прошлое, может создать будущее. Намерения без веры лишь размышления. Вера без постоянства — рискованна». Я верю. Мэтт Конвей будет жить.

Мягко, успокаивающе Сайла произнесла:

— Я тоже так думаю, Ланта. Он всем нам друг. Однако эти слова касаются лишь тех, кто верит в Вездесущего. Пожалуйста, взгляни правде в глаза. Я не вынесу, если это снова причинит тебе боль.

— Вера есть вера. Моя помогает и в мелочах, и в великих делах. Я знаю, Мэтт Конвей найдется. Я никогда не поверю, что он умер, не доведя до конца свою миссию. — Ланта закончила свою речь на высокой ноте.

Тейт обняла ее за плечи.

— Отлично. Я только послушала тебя, и мне уже стало легче. — Глядя через плечо Ланты, она улыбнулась Сайле. — Тебе не приходилось слушать проповедь целый день и обедать на земле. А я однажды ходила со своим отцом. Но это моя вера. Ланта и я: мы простые. Мы найдем этого упрямца Конвея, вот увидишь.

Это было произнесено так невозмутимо, что Сайла на мгновение ощутила ком в горле.

— Спасибо вам. Спасибо вам обеим. — Она взглянула на Ланту, делая вид, что еще злится. — Меньше чем за половину суток ты уже дважды вразумила меня. Я твоя вечная должница.

— Мы вместе сделали это. Сестра. — Затем, обнимая Тейт, Ланта добавила: — Сестры.

Налатан наблюдал за ними издали, пока Сайла не встретилась с ним взглядом. Она помахала рукой. Налатан тоже попытался извиниться за то, что не остановил Конвея и Ти. Сайла прервала поток слов:

— Я знаю, ты сделал все, что было в твоих силах. А они поступили так, как, на их взгляд, было правильно.

Налатан поблагодарил ее, а затем указал вдаль.

— Вы заметили дым вон там? И там, дальше? — спросил он женщин, подходя к ним. — Это восстание. Мы в любое время можем наткнуться на засады. Вал и его люди постараются доставить нас вверх по течению хотя бы до первого большого места, проклятого Богом. Оттуда они пешком пойдут на север. Мы же двинемся на восток. Когда мы доберемся до восточных склонов Гор Дьявола, я предлагаю разбить лагерь. Там хорошая вода и множество дичи. К тому же надо будет отдохнуть. Мы должны встретить летнюю Сушь во всеоружии.

— Коссиарские патрули ищут нас? — спросила Сайла.

Налатан криво улыбнулся.

— В твоих руках новорожденный сын Капитана. Тебя будут обвинять в убийстве его жены и в том, что потворствовала рабам, которые режут своих хозяев. Рабов же сейчас обрабатывают проповедники культа Луны, которые распространяют слухи, что ты ведьма из Церкви. Да уж. Нас ищет каждый, кто может держать меч.

— Ты хочешь сказать, что мы ничего не можем поделать? — настойчиво спросила Тейт.

Вытерпеть смех Налатана было еще труднее, чем его улыбку.

— Мы их победим. Мы хитрые, безжалостные и везучие. Нам нужны все эти качества. Кроме того, у нас есть одно бесспорное преимущество.

— Какое? — нетерпеливо спросила Сайла.

— Человеческая природа. — Налатан лениво указал на поднимающиеся столбы дыма. — Эта резня идет во имя свободы, но, как только она закончится, снова начнется борьба, теперь уже за власть. Хотя множество рабов освободится, они начнут грызть друг другу глотки, чтобы узнать, кто из них главней. Они будут так заняты истреблением друг друга, что нас могут и не заметить, или будут настолько ослаблены разборками между собой, что мне с Тейт будет легче их убивать.

Сайла отскочила, оскорбленная и разгневанная. Ланта покраснела, смущенная последней фразой. Она занялась пеленками Джессака. И только Тейт заметила, как Налатан взглянул вверх и на восток, как будто он уже видел холодные недоступные горы.

Она была вне себя от его слов, так глубоко задевших Сайлу, но не могла спокойно смотреть на его страдания. Тейт до боли захотелось протянуть к нему руки, дотронуться до него.

И разочароваться.

В ней снова заговорило что-то, не позволявшее сближаться с ним. Ее руки остались на своих местах, слова застыли глубоко в сердце. Она знала, что ведет себя глупо, но ничего не могла поделать. Она слышала, как силы, которые управляют ею, смеются при виде ее покорности.

Тейт прислонилась к борту корабля. Перегнувшись через него, она наблюдала за водной поверхностью, которая закручивалась в водовороты, принимая бесконечные в своем разнообразии формы.

Ее мысли упрямо уходили от проблем и опасностей, грозивших им на пути к Дому Церкви. К своему стыду, она никак не могла глубоко задуматься о Конвее и Ти.

Налатан. Почему она не смогла ему ответить на его чувство, хотя так отчаянно этого желала?

Тейт беспокоили его сегодняшние слова. Он был глубже и сложнее, чем она себе представляла. Что она знала о нем на самом деле? Может быть, подсознание от чего-то предостерегало ее?