Хелстар натянул парус и развернул лодку так, что в стороны полетели подхваченные ветром брызги. Висящие и раскачивающиеся ветви становились все ближе и ближе. Сайла вопросительно посмотрела на Хелстара.

— Всем вниз. Отмель, — сказал он.

Лодка нырнула в зеленую пелену. Упав в пахучую крошащуюся древесную шелуху, Сайла уже ничего не видела и не могла защитить Джессака. Они остановились с ужасным треском, и проснувшийся ребенок издал дикий вопль, замолкший так внезапно, что Жрица испугалась, не поранился ли он. Наскоро его осмотрев, она ничего не нашла. Глаза ребенка оставались закрытыми.

Она обнаружила, что сидит, уставившись на ровные доски из высушенного дерева, ловко скрепленные и проконопаченные шерстью и смолой. Сайла подняла глаза и увидела перед собой черные глаза, улыбку и темное лицо Доннаси Тейт.

— А мы уже начали волноваться за тебя, — сказала Тейт. Она указала на рваные листья и поломанные ветки, упавшие перед лодкой. — Великолепно въехали.

Сайла засмеялась. Она изумлялась своей любимой странной подруге, казалось освещавшей все вокруг. Ланта хихикнула, и даже Додой улыбнулся. Хелстар, в свою очередь, недоверчиво покачал головой.

Подойдя ближе к Тейт, он сказал:

— Вал говорит, что надо уходить. Пошли на корабль. — Вал приказал отдать швартовы и приготовиться веслами выталкивать судно из укрытия. Послышался топот ног на палубе.

Ланта и Додой проворно взобрались на корабль. Хелстар подсадил Сайлу. Прямо перед ней оказался открытый люк в трюм. Скамьи для гребцов были компактно сложены вдоль бортов, чтобы как можно меньше загораживать проход. Мгновение спустя она поняла, что смотрит вниз на Рыжика, который был там вместе с остальными лошадьми. Впереди, на носу лодки, приветственно замахали хвостами Ошу и Танно.

Представив, что этим смелым животным придется перенести в Суши, Сайла почувствовала себя неуютно. Весна уже почти закончилась. Говорили, что лето в Суши напоминает скорее погоду в Преисподней, чем на земле.

Когда она посмотрела на катамаран, Хелстар уже сидел у румпеля. Заметив ее удивление, он улыбнулся:

— В Пустоши наверняка понадобится кузнец! — и подмигнул, выталкивая лодку из тростникового плена.

Подошла Тейт, и Сайта быстро передала Джессака Ланте. Не обратив внимания на вопрос Тейт: «Где ты достала это?» — она протестующе повернулась к Хелстару:

— Коссиарские воины поймут, что ты помогал нам. А рабы не знают, что ты друг. Это слишком опасно, Хелстар. Останься с нами. Ты нам нужен. Ты нужен Церкви.

В его чертах мелькнуло раздражение. Попросив жестом подойти ближе и оглянувшись, чтобы их не подслушивали, Хелстар заговорил:

— Имя Джессака проклято. Люди говорят, что он в сговоре со злом и что он повелевает морскими чудовищами.

— Суеверие, — перебила Сайла.

— Легенда говорит, что он никогда не выбирал акулу, чтобы она сторожила Кос. Акула сама выбрала его. Говорят, что по его приказу оживали мертвые. Я принадлежу Церкви, жрица, и я, если надо, умру за нее, воспевая ее в гимнах. Но я видел, как пришел король акул, когда ребенок был в опасности. Я видел лодку, которую вели два мертвеца, и все для того, чтобы помочь ему. Я был там, — последние слова он буквально выдавил из себя, глядя сквозь нее.

Молодой моряк подошел к Сайле. Хелстар торопливо зашептал:

— Ну, хватит. Нет времени. Лечи его хорошо, Цветок.

В последних словах слышалась мольба. Затем нахмуренное лицо Хелстара расплылось в бесхитростной улыбке, обращенной к подошедшему моряку, который стоял теперь рядом, сворачивая плетеную кожаную сумку. Хелстар снова заговорил, его голос был громче и грубее. Теперь перед Сайлой стоял кузнец с Острова купцов. Он искоса поглядывал, что-то обдумывая. Он ссутулился, черты лица стали суровыми.

— Кузнец нужен везде, он идет туда, где есть работа. Во всяком случае, если я не смогу рассчитывать на свои собственные доспехи и ружье, разве я посмею их продать? Не беспокойся о Хелстаре. И никогда не сомневайся, что он твой друг.

— Я никогда не смогу сполна отблагодарить тебя.

Махнув рукой, Хелстар пошел прочь.

— Кристаллы, которые ты хотела получить, лежат в кожаной корзинке. Там же несколько бутылок лучшего вина Капитана. Прощальный подарок. — Он исчез в нагромождении листьев и ветвей, и скоро глаза Сайлы уже не могли найти то место, где он прошел.

Тейт положила ей руку на плечо, чтобы вернуть к действительности. Судно, слегка качнувшись, вышло на стремнину. Женщины разговаривали о ночных событиях. Ланта уже успела описать все, что с ними произошло в форте. Тейт, сама не своя, рассказывала об исчезновении Конвея и Ти. Ланта ничего не ответила, лишь, поникнув, отвела глаза. Тейт старалась держаться бодро. Но ее оптимизм по поводу их благополучного возвращения был слишком наигранным. Наконец ее голос печально умолк.

Обнявшись, Тейт и Ланта принялись утешать друг друга.