Я прошла на кухню, взяла телефон и посмотрела на следы семи цифр, оставшихся на моей руке. Втайне я надеялась, что Патч не ответит. Если он будет недоступен или не будет помогать мне в выполнении задания, это будет аргументом, который я смогу использовать, чтобы убедить тренера нас рассадить. Обнадеживая себя, я набрала номер.

Патч ответил после третьего гудка,

– Что нужно?

Деловитым тоном я сказала:

– Звоню узнать, сможем ли мы сегодня встретиться. Я знаю, ты скажешь, что занят, но…

– Нора, - Патч произнес мое имя так, словно оно было началом шутки, - я думал, что ты не будешь мне звонить. Никогда.

Я ненавидела себя за то, что глотаю слова. Я ненавидела Патча, подчеркивающего это. Я ненавидела тренера и его дурацкое задание. Я открыла рот, надеясь, что произнесу что-нибудь умное, - Итак? Мы сможем встретиться или нет?

– Так вышло, что я не могу.

– Не можешь или не хочешь?

– У меня в разгаре бильярдная партия, - я услышала улыбку в его голосе, - очень важ-ная партия.

По шуму, сквозь который пробивался его голос в трубке, я верила, что он говорит правду – о партии в бильярд. Но вряд ли она была настолько же важна, как и мое задание, чтобы это стоило обсуждать.

– Где ты? – спросила я.

– Клуб у Бо. Не твоего типа заведение.

– Давай тогда проведем опрос по телефону. У меня есть список вопросов…

Он отключился.

Я уставилась на телефон, не веря в случившееся, потом вырвала из блокнота чистый лист и первой строчкой написала «Скотина» . Строчкой ниже я добавила: Курит сигары, умрет от рака легких, надеюсь, что скоро. Отличная фигура.

Я немедленно стала зачеркивать последнее предложение, пока оно не стало нечитаемым.

Когда часы на микроволновке показали 09:05, я определилась с двумя вариантами. Либо я выдумываю свое интервью с Патчем, либо я еду в заведение Бо. Первый вариант был бы привлекательным, если бы я могла отключить в своей голове голос тренера, говорившего, что он будет проверять совпадение ответов. Я мало что знала о Патче, чтобы сфабриковать ответы на все вопросы. Второй вариант даже отдаленно не был привлекательным.

Я и без того уже долго определялась с решением, так что решила позвонить маме. Частью нашего соглашения в ее работе и разъездах было то, что я должна вести себя ответственно, без необходимости меня контролировать. Мне нравилась моя свобода, и я не хотела натворить что-то такое, что заставило бы маму потерять в зарплате и устроиться на работу в городе, чтобы присматривать за мной.

На четвертом гудке включился ее автоответчик.

– Это я, - сказала я, - просто отмечаюсь. Мне надо закончить кое-какую работу по биологии, а потом я отправлюсь спать. Если хочешь, звони мне завтра в обед. Люблю тебя.

Положив телефон, я нашла четвертак в кухонном столе. В решении сложных вопросов лучше положиться на судьбу.

– Орел – я еду, - сказала я профилю Джорджа Вашингтона, - решка – остаюсь.

Я подкинула четвертак в воздух, поймала его, прижав к тыльной стороне ладони, и мельком взглянула. Мое сердце стукнуло лишний раз, и я сказала себе, что понятия не имею, к чему бы это.

– Теперь я ничего решаю, - сказала я.

Намереваясь расквитаться со всем этим как можно скорее, я схватила с холодильника карту, взяла ключи и вывела свой Фиат Спайдер на дорогу. В 1979 году эта машина была, вероятно, очень милой, но я не была в восторге от шоколадно-коричневой краски, от ржавчины, бесконтрольно расползавшейся под задним крылом, и от потрескавшихся сидений из белой кожи.

Клуб у Бо находился гораздо дальше, чем мне хотелось бы, почти на самом побережье, в тридцати минутах езды. С картой, прижатой к лобовому стеклу, я припарковала Фиат около большого угольно-черного здания с яркой неоновой вывеской КЛУБ У БО, ПЕЙНТБОЛЛ БЕЗ ПРАВИЛ И БИЛЬЯРДНЫЙ ЗАЛ ОЗЗА. На стенах красовалось граффити, картину дополняли многочисленные сигаретные окурки у фундамента. Наверняка в клубе Бо будет полно будущих членов Лиги плюща и других модных граждан. Я старалась выглядеть спокойной и бесстрастной, но внутри мне было не по себе. Дважды проверив, что я закрыла все двери в машине, я направилась внутрь.

Я встала в очередь, дожидаясь, когда смогу пройти через ограждение из канатов. Как только группа передо мной расплатилась, я проскользнула следом, направляясь прямиком в сторону мигающих сирен и мелькавших огней

– Думаешь, заслужила бесплатный вход? – окликнул меня прокуренный голос.

Я обернулась и натолкнулась на разукрашенного татуировками кассира.

– Я не собираюсь играть, я ищу кое-кого, - сказала я.

Он ухмыльнулся.

– Хочешь пройти мимо меня – плати.