Грег постучал по шкуре Валенка. Она издала глухой деревянный звук. Чешуя у него была не такая, как у Ники или Грега - крупная, грубая, с серовато-зеленым отливом, шершавая, как наждачка.

– С возрастом броня становится толще. Ее не пробивает ни копье, ни катапульта, ни автоматная очередь. Вдобавок она создает ауру, которая гасит чужие чары. Тысячелетний боевой дракон практически неуязвим. Его может убить только другой такой же дракон.

Или прямое попадание атомной бомбы.

– Замечательно, - проворчал я.
– А какой тогда смысл в наших занятиях?

– К счастью, такого возраста достигают единицы. Идем дальше.

Мы прошлись вдоль Валенка (идти пришлось долго), и приблизились к голове. Голова выглядела неважно. Воспаленные глаза полуприкрыты кожистыми веками, раздвоенный язык нездорового фиолетового цвета вывален наружу метра на полтора. Вид страдающий.

– Органы чувств, - объявил Грег, перешагивая через язык.
– Как ты уже убедился, они гораздо лучше развиты, чем у человека. Зрение слух, обоняние...

– Да, конечно, - подтвердил я.

Вот про это он мог не рассказывать - новыми возможностями восприятия я пользовался активно и с удовольствием.

– Есть еще полезные свойства, которые можно использовать в битве. Кроме основных пяти, драконы имеют шестое чувство. Это эмпатия - умение "читать" чувства и эмоции другого существа. Любое сильное чувство человека, животного или другого дракона, будь то страх, гнев или радость, сразу будет обнаружено, даже если внешне оно никак не проявляется... Еще - между членами клана можно развить телепатическую связь. Хотя сейчас, честно говоря, ее почти полностью вытеснила мобильная. Но если захочешь, мы с тобой поупражняемся.

Я неопределенно пожал плечами.

– Это же шестое чувство, только обращенное вовне, создает так называемый "страх дракона".

– Что это?
– насторожился я.

– Дракон, вошедший в состояние, так сказать, боеготовности, вызывает у любого существа, которое его видит, иррациональный панический страх. Иногда это оцепенение, иногда истерика, но чаще - неодолимое желание бежать прочь со всех ног...

– Ага!
– воскликнул я.

Это явление, оказывается, тоже было мне хорошо знакомо! Причем с ним я уже почти разобрался сам.

– И что, все драконы могут вызывать такой страх?

– Все, в разной степени. Способность вызывать страх даже не считается магией, поэтому разрешена в ритуальных поединках. Что мы еще забыли упомянуть?

Грег задумчиво посмотрел на Валенка. Тот рыгнул.

– Точно. Огненное дыхание. Мы его сейчас обсуждать не будем. Как ты помнишь, в ритуальных боях оно не используется.

Грег повернулся к Валенку спиной и сказал:

– В принципе, базовыми навыками боя дракон обладает от рождения, как любой хищный зверь. Большинство и учить не надо. Но боюсь, это не твой случай. Поэтому я тебе все это и рассказываю. Вопросы есть?

– Как насчет драконьей боевой магии?
– спросил я, вспомнив Драганку.
– Про нее почему не сказал?

– А что про нее говорить? Драконы учат магию всю жизнь, совершенно беспорядочно. Перенимают опыт друг от друга, от людей, от иных рас, изобретают свои собственные заклинания...Каждый специализируется в той стихии, к которой больше склонен по своей природе. В принципе, ты можешь начинать копить знания уже сейчас. Но специально тебя учить магии никто не будет. По крайней мере, пока не сдашь зачет по рукопашке. Ну а сейчас попробуем провести элементарный бой. Посмотрим, на что ты годен...

Грег попинал Валенка в челюсть.

– Подъем!

Тот, даже не шевельнувшись, издал долгое и тоскливое змеиное шипение.

– Нет!
– я отскочил метра на полтора.
– Только не с Валенком!!!

– Как скажешь. Тогда с Ники.

– Я готова, - тут же выступила вперед она.

Валенок тут же приподнял веко.

– А я пока сползаю за пивком, ок?

Ники превратилась и несколько раз раскрыла и закрыла крылья, словно разминая их перед боем. Шкура у нее отливала черным стеклом, словно обсидиан. Когда я привык к ее устрашающему облику, то разглядел - драконом она была таким же изящным, как девушкой.

– Ну, поехали. Джиме!
– скомандовал Грег, отступая.

Ники вспорхнула в воздух и красивым прыжком бросилась на меня, выпустив когти и распахнув пасть. Я быстро перевернулся на спину, прикрыл живот хвостом, оскалился и сделал выпад. Ники проскользнула мимо, без труда уклонившись от зубов, и пошла на второй заход. Столь же безуспешный.

– Вот тоска! Смотреть противно!
– прокомментировал Валенок, перелезая через решетку парка.
– Леха придумал новый стиль - "боевая черепаха"!