Дален дернул за шнурок под столом. Через две минуты в комнате появился маг.

– Отведите нашего гостя к казначею, – сказал Дален. – И проследите, чтобы он остался доволен своими апартаментами. Ближайшие три дня он проведет у нас.

– Решетки и запоры входят в оплату? – Саймон встал. – Чего-то в этом роде я и ожидал. Мое почтение, судари и сударыни. Лин, надеюсь, я вас не обидел?

– Тем, что собирали обо мне сведения?

Он неожиданно подмигнул.

– Удачи на вашем… поприще.

Когда за Саймоном закрылась дверь, Дален медленно собрал листы и сложил их в папку. Никто не произнес ни слова.

– И что вы будете делать? – нарушила молчание я.

– Мы, – покачал головой Марек. – Мы будем делать. Боюсь, ты уже никуда не денешься, Лин.

– Ты же мне не доверяешь…

– Прости меня, я не мог не отправить Саймона в Темь после стольких совпадений, – заученно ответил он. – Ты хочешь продолжить этот разговор?

– Нет, наверное. Но маги… драконы… что теперь?

– Даже если драконы примут нас, найдутся недовольные, – ответила за Марека Эйлин. – И наоборот, молодые чародеи забудут о прошлых гонениях и бросятся на шею новоявленным родителям. Мы не знаем.

– То есть вы ничего не будете делать?

– Мы подождем первого шага с их стороны. Де Вельер, если вы помните, так и не передал нам ответ, – Эйлин встала. – У меня сейчас занятия. Марек, если еще есть новости, вываливай сразу.

– Это все, – Марек покосился на меня. – Извини, что…

– Лестница работает, и это главное, – прервала она. – Мне лететь вниз?

– В этот раз можешь идти пешком, ничего страшного. А вот завтра придется.

Эйлин подняла ладонь, и по комнате, колыхнув скатерть, пробежал упругий вихрь. Невидимый выдох опалил лицо, воздушная рука толкнула дверь. Эйлин быстрым шагом прошла к выходу, и дверь мягко закрылась за ней.

Я представила, как она идет по коридору, одна, растерянная, несчастная, и это насовсем, и мне стало жутко. А хуже всего было то, что тогда, много лет назад, она поступила так, как я поступаю сейчас, в эту минуту, когда надо бежать к Квентину, и гнать, гнать его отсюда, если есть хоть малейший намек на то, что он не тот, за кого себя выдает. Я же сижу здесь. Идиотка!

– Ни одна глупость не остается неотблагодаренной, – нарушил молчание Дален. – В каком году ты родилась? Многие маги вели дневники; я попробую узнать, как и почему ты получила имя.

– Не стоит, – я качнула головой. – Мне и так не по себе.

В коридоре пробухали злые неуверенные шаги. Дверь приоткрылась, и Анри просунул в щель взъерошенную голову.

– Ну вы учудили, господа, – язвительно заявил он. – Лучшая волшебница всех времен опять устроилась на перилах и строит огненную лестницу до крыши. Сушеная малина кончилась, что ли? Или мировая скорбь нынче в моде? Как вы после всего этого будете решать мои задачи – ума не приложу.

В раздраженном голосе звучала явная тревога. Марек с задумчивым видом наступил мне на ногу. Я вздохнула.

– Не башня, а проходной двор, – ворчливо заметил Дален. Я моргнула: за пару секунд он превратился из учтивого изваяния чуть ли не в доброго дядюшку. – Где выкладки по зеркальным плоскостям, хотел бы я знать?

– Эйлин считает, что все сводится к чистой математике.

– Когда она это говорила? Если бы огонь сводился к технике, магией мог бы заниматься любой супостат-любитель, – Дален протянул руку за свитками. – Садись, будем разбираться.

Анри нетерпеливо приник к столу, сдвинув в сторону чашки. Вдвоем они склонились над свитками, уже не видя ничего вокруг. Когда мы уходили, они жадно и весело обсуждали новое заклинание, перебивая друг друга.

Снаружи никого не было. В отдалении тоскливо ошивался одинокий школяр; в воздухе ровно горела недостроенная лестница.

– Шедевр, – заметил Марек. – Лин, тебя предупреждать надо?

– Нет, я все поняла и никому не скажу, – мрачно отозвалась я. – И еще полгода буду раскаиваться, что подслушала, если тебе интересно. Марек, а Дален всегда такой разный?

– До того, как мы побывали в подвалах Вельера, он был таким, каким ты его видела только что. Он и сейчас таким бывает, только редко.

– А что там произошло? Ты все грозишься рассказать, только…

– Всякому овощу свое время, – Марек остановился у своих дверей. – Подожди, а Квентин тебе не рассказывал?

– Нет…

– Любопытно. Впрочем, ты потеряла столько крови, что я бы удивился, если бы он тебе рассказал.

– Вы двое из моей комнаты не выходили, – чуть улыбнулась я. – И постоянно рассказывали что-то хорошее, то ты, то он. Ты еще и гранатовый сок таскал… Марек, а как же Анри? Разве Дален с ним не поделится новостями?