Приключение? Катастрофа? Как назвать случившееся с ней? Но как ни называй, главное — вернуться обратно. Селина надеялась, что это случится скоро, а сегодня надежда была почему-то сильна как никогда.

За четыре дня отсутствия Гастона она провела на кухне полезные преобразования. Она начала с кухонных ложек — непонятно, почему они до сих пор не были изобретены? С помощью плотника и кузнеца-оружейника она также «придумала» другие предметы утвари, знакомые ей по буфету в бабушкином особняке. Хотя и сделанные кустарно, они значительно облегчали работу.

Повара буквально ей в рот смотрели, когда она учила их кулинарным премудростям. Она убеждала их, что для готовки и питья надо пользоваться кипяченой водой, а перед началом работы мыть руки. Повара считали эти затеи бессмысленными, но вынуждены были подчиниться — она жена хозяина.

Оценив ее успехи, Иоланда не препятствовала Селине в желании помочь в замке. Прачки поняли, что гораздо проще работать с помощью стиральных досок, а для сушки пользоваться деревянными прищепками. Теперь они могли развешивать белье на веревках внутри замка, а не забрасывать его на ветви деревьев во дворе.

На портниху произвели большое впечатление портняжный нож, ножницы с острыми концами и круглый резак. Вместе с кузнецом она изучала сделанные Селиной эскизы примитивной швейной машинки с ножным приводом.

Больше всех радовались караульные — однажды Селина показала им, как переделать мехи для вина в грелки с горячей водой. Заполнив их кипятком, они носили их под верхней одеждой в течение всего срока дежурства на крепостных стенах.

Селине, конечно, очень мешало отсутствие электричества, но связанные с этим трудности все же были преодолимы. Она уже подумывала о газовом освещении замка, центральном отоплении и водопроводе — хватило бы времени. Объяснить, откуда ей известны «изобретения», было несложно — сработал тот же метод, что в свое время с Иоландой и Габриэль: якобы все это было обычным для жизни монастыря в Арагоне. На том же основании она добилась возможности ходить в камзоле и трико вместо тяжелого и неудобного платья.

Большинство людей в замке были так довольны новшествами, что им и в голову не приходило задавать какие-то вопросы. Они явно переменили свое отношение к «заговорщице», хотя некоторая часть подданных Гастона продолжала питать к Селине неприязнь.

Оказавшись полезной, Селина испытала совершенно новые для себя ощущения. Теперь люди уважали ее не за красоту, богатство или происхождение — нет, она заслужила их теплые чувства своими знаниями и умением. В своей семье, славившейся удачливостью и целеустремленностью, она всегда была гадким утенком, признанной недотепой.

Для обитателей замка она стала светом в окошке, изменила их жизнь, сделала ее лучше, проще. Как восхитительно чувствовать свою необходимость! Чем больше она помогала окружающим, тем больше ей хотелось еще что-то сделать для них.

Пожалуй, она даже слишком увлеклась и совсем забыла о своей проблеме. Но сегодня какое-то предчувствие владело ею. Она встретит нечто, что поможет ей…

С неба падал снег. Ложась на землю, он сверкал, как кристаллики сахара, которым она посыпала пирог для вчерашнего ужина. Иоланда освободила ее на сегодня от работы, а Этьен — ее Вечная тень, как она стала называть юношу, — после настойчивых просьб и обещаний не приближаться к воротам позволил ей погулять в одиночестве.

Селина быстро шла к задней части замка, где находились жилища слуг. С помощью осторожных вопросов она уже несколько дней пыталась выяснить, нет ли в замке человека, хоть что-то понимающего в астрономии и лунных затмениях. Ответ всегда был один и тот же: Фиара.

Имя всегда произносилось шепотом и с оглядкой, как будто за ним скрывалась какая-то опасность. Загадочная Фиара обладала волшебной силой. Селине не удалось выяснить, кому принадлежит имя — мужчине или женщине, зато она наверняка узнала, что Фиара живет вместе со слугами. Именно туда Селина и держала путь.

Внезапно ее внимание привлек шум, доносившийся со стороны ветхих построек. Группа, галдящих ребятишек окружила девочку лет десяти с заплаканными глазами и осыпала ее насмешками.

— Тупица! Язычница! Колдунья! — неслось со всех сторон.

— Эй, прекратите! — велела Селина, перекрикивая детский гвалт.

Ватага мгновенно умолкла, когда она приблизилась и оглядела всех с высоты своего роста.

— Разве вам понравится, если кто-то будет дразнить вас такими словами? — обратилась Селина к детям. Такая логика всегда срабатывала при разговоре с ее племянником Николасом. Конечно, сейчас не то время, но она полагала, что дети всегда дети.

— Но ведь она язычница, — объяснил маленький мальчик.

— Мы не хотим, чтобы она оставалась здесь! — вмешался другой.

— Раз уж она все равно здесь, не лучше ли жить дружно и не обращать внимания на ее веру? — Селина скрестила руки на груди. — Я хотела бы научить вас новым играм, но для этого нужно быть хорошими мальчиками и девочками и не ссориться друг с другом.

Слова произвели на детей должное впечатление. На личиках отразилось беспокойство. За это время они полюбили кататься с ледяных горок и лазать по канату. Очень понравился ребятишкам и пинг-понг. Сейчас Селина думала над комнатным вариантом гольфа.