— В одной из его резиденций, я думаю. Он держит в тайне свои приходы и уходы — и местопребывание тоже.

У Савалла имелось что-то около восьми резиденций, о которых я знал, и разыскивать Юрта среди них будет нелегким делом: запросто можно угодить в соседнее Отражение. Впрочем, в данный момент я и не собирался этим заниматься.

— Что привело его домой? — спросил я.

— То же, что и тебя — похороны Суэйвилла, — отвечал Мондор, — а также все, что с ними связано.

Ну конечно, и все что с ними связано. Если действительно существовал какой-то заговор с целью возвести меня на трон, то мне не следовало забывать, что Юрт, — действуя вольно или невольно, успешно или безуспешно, — всегда будет находиться всего на шаг позади меня.

— Я мог бы убить его, — сказал я. — Но не хочу этого делать. К сожалению, он, кажется, не оставляет мне другого выбора. Рано или поздно нам предстоит столкнуться с ним в такой ситуации, что в живых должен будет остаться только один из нас.

— Почему ты мне об этом говоришь?

— Чтобы ты знал о моих чувствах по этому поводу и, используя все влияние, которое можешь на него оказать, убедил бы его подыскать себе другое хобби.

Мондор покачал головой.

— Юрт уже давно вышел из-под моего влияния, — сказал он. — Дара, пожалуй, единственная, кого он продолжает слушаться — хотя, по-моему, не будет этого обсуждать с ней.

— Почему?

— Бесполезно. Она все равно не поймет.

— Во всяком случае я уверен, что ей совсем не хочется, чтобы ее сыновья поубивали друг друга.

— Нет, конечно, но я не представляю, как изложить ей суть дела.

— Все же попробуй найти способ. Тем временем я постараюсь сделать так, чтобы вы не остались с Юртом наедине, на тот случай, если ваши пути пересекутся. Всегда лучше иметь свидетелей, которые покажут, что первый удар нанес не ты.

— Что ж, хорошо придумано.

Некоторое время мы сидели молча. Затем он произнес:

— Все же подумай о моем предложении.

— Да — насколько я понял его смысл.

Он нахмурился.

— Если у тебя есть вопросы…

— Нет. Хорошо, я подумаю.

Мы встали из-за стола. Мондор сделал знак рукой, и стол вновь опустел. Затем мы спустились с возвышения и прошли через двор к тропинке. Совершив небольшую обратную прогулку, мы вновь оказались в гостиной.

Мондор проводил меня к выходу, и, прощаясь, сжал мое плечо.

— Ну, увидимся на похоронах.

— Да, — ответил я. — Спасибо за завтрак.

— Кстати, я хотел тебя спросить об этой леди, Корал. Как она тебе нравится?

— О, очень нравится, — сказал я, немного удивившись. — Она просто очаровательна. А почему ты спрашиваешь?

Он пожал плечами.

— Просто любопытно. Мы с ней оказались, в некотором роде, товарищами по несчастью, и я хотел бы узнать, много ли она значит для тебя?

— Достаточно, чтобы беспокоиться о ней.

— Да, я вижу. Ну что ж, когда повстречаешься с ней снова, передай ей мои наилучшие пожелания.

— Хорошо, передам.

— Увидимся позже.

— Пока, — сказал я и зашагал по тропинке, не особенно спеша. Мне хотелось поразмыслить еще некоторое время, прежде чем отправляться во дворец Савалла.

Проходя мимо дерева, смахивающего очертаниями на виселицу, я приостановился. Повинуясь какому-то мгновенному импульсу, я свернул налево и вышел на тропинку, уходящую вверх вдоль темной скалы. Поднявшись почти к самой вершине, я увидел большой, поросший мхом камень, стоящий у песчаной косы, на которую падали светящиеся дождевые капли. Я шел по ней до тех пор, пока не достиг огненного круга у подножия старого дерева. Шагнув в центр круга, я произнес магическое двустишие, в котором мое имя рифмовалось со словами заклинания, и начал опускаться под землю. Когда я остановился, и тьма, на мгновение окружившая меня, рассеялась, я увидел, что стою возле сырой каменной стены на вершине холма, а внизу протянулась вереница надгробий и памятников. Небо было полностью затянуто облаками, дул прохладный ветерок. Это место выглядело совсем таким, как я запомнил его — рухнувшие гробницы, увитые плющом, обвалившиеся каменные ограды, едва заметные дорожки, петляющие среди высоких темных деревьев. Я спустился вниз и проследовал дальше знакомым путем.

В детстве здесь было что-то вроде моей любимой площадки для игр. Почти каждый день в течение многих небесных циклов я встречал здесь маленькую девочку из соседнего Отражения, которую звали Рэнда. Пройдя через груды костей, хрустевших под ногами, и продравшись сквозь влажные кусты, я наконец вышел к разрушенному мавзолею, где у нас был «дом». Отодвинув тяжелую каменную плиту, загородившую вход, я прошел во внутрь.

Здесь также все осталось по-прежнему, и я почувствовал, что улыбаюсь. Треснувшие чашки и блюдца, потускневшая кухонная утварь все еще стояли в углу, покрытые толстым слоем пыли, краска с них стерлась. Я перешагнул через катафалк, использовавшийся нами в качестве стола, и уселся за него.

Однажды Рэнда просто не пришла, и с тех пор больше не появлялась, а еще через какое-то время перестал приходить и я. После этого я еще долго вспоминал о ней, думая о том, какой она стала, когда выросла. Помню, я оставил ей записку в нашем тайнике, под расшатанным камнем в полу. Даже не знаю, нашла она ее или нет.

Я поднял камень. Мой замызганный конверт по-прежнему лежал там, нераспечатанный. Я вытащил его, встряхнул и достал сложенный пополам листок. Развернув его, я прочитал свои детские каракули: «Рэнда, что случилось? Я жду, а тебя все нет и нет». Под этим, гораздо более аккуратно, было написано: «Я больше не могу приходить, потому что мои родители сказали, что ты демон или вампир. Мне очень жаль, потому что ты самый очаровательный вампир, которого я встречала». Вот оно что. Мне никогда не приходила в голову такая возможность. Я был удивлен и слегка растроган.