"Жарко…. Пить…. Двигаться…. Снимите меня хоть кто-нибудь!!!!!" — молила небо незадачливая колдунья.

Кто-то ломился напрямик через кусты, нимало не заботясь о производимом на весь лес шуме. Вышел на поляну, на мгновение замер, принялся описывать круги вокруг висящей девушки, кряхтел, сопел, почесывался. Видимо, соображал, что к чему.

Людмила ничего не могла понять — кого занесло в эту глушь, чего ждать?

— И кто это тебя так, а? — наконец с радостью услышала она знакомый голос. — Кащей постарался, да? А че молчишь, на помощь не зовешь, а?

Людмиле хотелось кричать, вопить во весь голос, да не получалось.

Потоптавшись еще немного по поляне, Леший, наконец, показался на глаза. Оценивающе поглядел на неподвижное лицо, сказал:

— Ты хоть видела, что за дрянь у тебя сзади? Хотя откуда? Щас, подожди, — и, мягко оттолкнувшись от земли, шустро полез на дерево.

Трещала кора, отламываясь под немалым весом Лешего, карабкающегося вверх, протяжно скрипнула толстая ветка, приняв на себя основную тяжесть.

"Скорее бы уже," — изнемогала Людмила, ее силы были на исходе.

Вдруг за спиной раздался вопль боли, шипение, противно запахло паленой шерстью, и что-то гулко шлепнуло оземь, а следом — брань:

— Ах ты, волчья сыть, травяной мешок, чтоб тебе….

Продолжения Людмила слушать не стала…. Ругаться лесной хозяин был большой мастер, а тут такой повод — мыслимое ли дело — с такой высоты грохнуться.

Снова перед глазами девушки появился взъерошенный спаситель, почесал в затылке, произнес загадочно:

— И че было соваться? — повернулся и ушел в том же направлении, откуда появился. Понимай, дескать, как хочешь!

…. Мозг периодически отключался, требуя смены обстановки. В очередной раз выплыв из забытья, Людмила заметила, что солнце клонится к закату. Ощутимо похолодало. Ласковый осенний денек уступал место бездушной ночи.

— …. А я помочь хотел, — донесся издалека басок Лешего.

— Нет, я не понимаю, чего ты туда полез, — утомленно отвечал ему вальяжный голос с явным мурлыкающим прононсом. — Ты-то знаешь, что к чему…

— Думал, вдруг вся сила в нее ушла, — оправдывался Леший.

— Ушла, ушла…. Никуда она не девается, сила-то, золото — слишком хороший накопитель.

— Да, стрелки-блискавицы — это тебе не кот начхал…. И откуда только взялись, гостинцы Перуновы? Давно о них не слыхивал, думал, закончилось наказание это.

— Да при чем здесь я? — вдруг возмущенно взвыл ранее вальяжный голос. — Чуть что, сразу кот!..

— Да это я к слову… — принялся оправдываться Леший. — Слушай, а может…

— Нет…. Даже и не пробуй!

Видно было, что диалог тянулся уже давным-давно, и приелся собеседникам до жути. Первый не хотел признавать свою оплошность, а второй, более мудрый, замучался разъяснять, в чем дело.

Выйдя на поляну, «спасатели» скорбно помолчали, глядя на беспомощную ведьму. Кот разбежался, высоко подпрыгнул, цапнул на лету Людмилу за ногу, проверяя реакцию, и глубокомысленно произнес: — Ага…

"Ну, что он тянет, скорей бы!" — мысленно взмолилась девушка: — "Не ровен час Кащей обратно вернется…"

Леший озадаченно уставился на него: — Что не так? Помёрла?

— Да нормально всё, — успокоил его Баюн, — живая. Боязно мне…

— Может пусть тогда висит?

"Как это пусть? Как это пусть? Снимите меня, поганцы, немедленно, а то я вам такое устрою…"

— И не надейся, — кот хитро улыбнулся, будто услышал её безмолвный вопль, — пока за твоей спиной стрелка-блискавица, никакой силы в тебе нет. Замороженная ты. А вот потом… Но тебе сначала не до этого будет, а потом запамятуешь, ты ж отходчивая, долго не злишься. Стой тут, — обратился он к Лешему, — лови, а то разобьется, кто ей поможет. Я не мастак людей лечить, так только, советом помочь могу. — Кот развернулся и пошел вокруг дерева, а Леший присев, широко расставил руки, примериваясь, как он будет ловить освобожденную ведьму.

"Клоуны, — фыркнула Людмила, прислушиваясь к тому, что творится за спиной, — ей богу, как в цирке…". Она заорала во весь голос, осознав, что летит вниз головой, а Леший никак её не сможет поймать, в стороне стоит, мух ловит, и шлепнулась на что-то мягкое и пушистое.

"Ай, да кот, ай, да сукин сын, — кряхтя и постанывая, девушка растирала занемевшие руки-ноги и прислушивалась, как ругаются друг с другом её личные "Чип и Дейл", — везде успевает. Ну, что б я без него делала?"