–  Чем он там болен?
– спросил я.
– Уж не кранадаинской ли алой лихорадкой?

–  С чего такое предположение?

–  Потому что кранадаинская алая лихорадка - самая гнусная из всех известных мне болезней. Я сам ею болел и знаю, о чем говорю.

–  Нет, у него не лихорадка. Но это уже не важно. Важно то, что вы сейчас будете делать, уважаемый?

Что делать? М-да, хороший вопрос. Что же делать и как мне быть сейчас, ведь я должен, всенепременно должен увидеть Мина лантарга! А этот тип напротив улыбается своей кошачьей улыбочкой и вкрадчиво говорит:

–  Насколько я понимаю, заложенная в сознание методами ментального психокодирования программа требует своего исполнения даже в тех случаях, когда исполнить ее невозможно в принципе. Так что, образно выражаясь, вы оказались в полном навозе, уважаемый Манфред.

–  В дерьме, - поправил я.
– Не в навозе, а в дерьме.

–  А какая, в общем-то, разница?

–  Никакой, разумеется. Просто это такое устоявшееся идиоматическое выражение: оказаться в полном дерьме. В навозе не звучит. Вижу, вы хотите мне что-то предложить?

–  Вы могли бы поделиться информацией вашего психокода с кем-нибудь другим, кто смог бы донести ее Мину лантаргу…

–  Это с кем же?
– иронически поинтересовался я.
– С вами?

–  Ну, зачем же именно со мной? Например, с сестрой лантарга…

Я поглядел на столик, за которым сидели остальные Чужие. Тарг ответил мне неприязненным взглядом. Девушка отвернулась.

–  Это с ней, что ли?
– насмешливо спросил я.
– Ни за что! И на этого вот сопляка тоже не смотрите, у него с отцом общего - только фамилия клана. Да и вам я не доверяю. Вы мне нравитесь, честное слово, но ведь не до такой же степени!

–  Значит, одним из граничных условий психокода является эмоция доверия к собеседнику, не так ли?

–  Именно, - подтвердил я.
– И пока у меня ни к кому из вас, кроме Мина лантарга, такой эмоции не возникало.

–  А, скажем, уважаемому господину Весенану вы доверяете?

–  Вон вы что думаете. Да, высший телепат смог бы снять психокод. Но у Айра всего второй ранг, тогда как у Джейни был первый…

Я тут же прикусил свой не в меру болтливый язык, но уже было поздно. Чужой так и подался ко мне, переменившись лицом. "Ожидание, волнение, отчаянная надежда, ликование - наконец-то! Наконец-то долгие, тщетные до сих пор поиски увенчались успехом!"

Я покосился на мальчишку, оставившего свои бесплодные попытки дотянуться до пола и смотревшего на меня снизу вверх выпученными в немом ужасе глазами. В тот же миг сила, аккуратно поддерживающая его кверху тормашками, исчезла. Пацан с грохотом обвалился на пол, набив себе синяков и шишек. Пусть спасибо скажет, что шея цела!. Шум немного отвлек Ми-Грайона, помог ему восстановить обычное невозмутимое выражение лица.

–  Как же так, - недоуменно спросил у меня Орнари.
– Вы же говорили час, а то и больше…

–  Я ошибся, - хладнокровно солгал я.

–  Итан'кораш, - негромко произнес Чужой, ни к кому персонально не обращаясь. Сопляка, однако, как ветром сдуло.

–  Итак, - неторопливо произнес Орнари, - в вашей сказке-балефанзари отражены реальные события. Полагаю, вы были лично знакомы если не со всеми участниками данной драмы, то хотя бы с большинством из них.

–  Но вас интересует конкретно женщина по имени Джейни, не так ли, - я не спрашивал, я утверждал, и поэтому Чужой мне не ответил.

Эм-фон выдавал его со всеми его потрохами.

–  Эта история сама по себе достойна красивой обертки, - продолжал я.
– Целительница, телепат первого ранга полюбила чиновника из инопланетного города. Эта любовь была красивой, нежной, страстной и так далее… Джульетта с Ромео прям, ничего не скажешь!- а потом тот парень спалил планету своей любимой, не моргнув глазом, приемная дочь этой женщины оказалась зверски убита вашими воинами, а сама целительница исчезла бесследно. И тогда у чиновника проснулась совесть. Он решил любимую разыскать. И я тут слышал краем уха от кого-то, что будто бы этого типа зовут Орнари…

–  А я слышал, - медленно проговорил Чужой, - что этот Орнари обещал хорошо заплатить любому, кто может предоставить ему хоть какую-нибудь информацию о судьбе его любимой. Он готов платить чем угодно: Юпитерианскими долларами, драгоценными стрин-камнями, активированным железом, трансурановыми элементами…, - он поколебался немного и добавил, - а так же некоторыми технологическими секретами своей цивилизации.

–  Иногда, - проговорил я, глядя ему в глаза, - превыше всех сокровищ мира и секретов высоких технологий становится молчание.