– К вам пришли, - послышался голос Юджина.

– Кто?

– Джоанна Леймоуд.

– .а еще среди них встречаются и навязчивые, извращенные потаскушки,

– услышав имя ненавистной посетительницы, закончил он определение, характеризовавшее всех ему знакомых женщин.

– Что ей надо?
– недовольно спросил Генри у интеллэйда о причине,

приведшей недавнюю гостью обратно.

– Ей необходимо с вами поговорить.

– Здесь не бюро откровений. Хочет поплакаться, пускай звонит на

горячую линию.

– Она говорит, что ей можете помочь только вы.

– Пускай проваливает! Я не в настроении выслушивать ее излияния.

– Она сказала, что если вы ее не выслушаете, то ей придется

рассказать Гвендолин о том, что произошло между вами на ее дне рождения.

– Скажи ей.

– Может быть, сами скажете? Мне надоело передавать ваши сообщения

как дешевому оператору, - воспротивился интеллэйд, обладавший обидчивым характером.

– Ладно, впускай эту стерву. Сам разберусь. Несколько минут спустя разумный помощник открыл замок входной двери и пропустил гостью в квартиру. Та прошла в холл и вскрикнула, внезапно встретившись визави с хозяином квартиры. Схватив визитершу за запястье, тот толкнул ее в комнату с такой силой, что у той из груди вырвался невольный, тревожный вздох.

– Ну, что тебе понадобилось от меня?
– сложив руки на груди и тяжело

дыша от злобы, нетерпеливо спросил Макензи.

– Я. я пришла поговорить, - взяв себя в руки, вымолвила

посетительница.

– О чем?

– Обо мне. о нас. Злорадная улыбка тронула уголки губ мужчины.

– О нас?
– в этот вопрос он вложил столько неприязни, что Джоанне

стало не по себе.

– Да.

– Снова начнешь уверять меня в том, что Гвендолин мне не пара?

– Да.

– .и что ты самая подходящая для меня.

– .да.

– .что ты нужна мне как воздух и вода.

– .да.

– . а Гвендолин просто поганит мне жизнь, душит меня своей ревностью и

капризами.

– .да.

– Прекрати дакать! Ты же не за этим сюда пришла?

– Нет.

– Тогда говори, что тебе надо, и уходи. Джоанна подняла на него испуганные глаза.

– Я подумала.

– Рад, что к тебе вернулась способность размышлять, - съязвил

собеседник.

– .я подумала, что несправедливо обрекать Гвен на одиночество и

разлучать вас.

– Не могу поверить! На тебя нашло озарение!
– воскликнул он с

издевкой.
– А может, ты просто заболела? Рехнулась на сексуальной почве.

– Я согласна стать твоей любовницей, - объяснила она наконец. Макензи взорвался хохотом.

– Милочка, да у тебя расстройство рассудка. Ты вообще соображаешь,

что говоришь? Я и ты - два самых несовместимых человека на свете. И вместе нам не быть никогда!

– Ах, так!
– обидчиво вскрикнула Леймоуд.
– Ты вдоволь поиздевался

надо мной, теперь настала моя очередь сделать это. Берегись, Генри, я испорчу твою жизнь, превращу ее в ад.

– Ох-ох, испугала, - насмешливо откликнулся тот на угрозу.
– Что ты мне

можешь сделать?

– Я погублю твою репутацию, - выпалила фурия.
– И начну я с того,

что расскажу Гвен о том, как ты домогался меня.

– Ложь!

– А кому она поверит - мне или тебе? Макензи не смог ответить, так как знал, что своей подруге его пассия доверяла больше, чем ему.

– И это еще не все! Я заявлю в службу безопасности, что подверглась

нападению с твоей стороны.

– Поклеп!

– .И снова-таки они поверят мне! Тебя посадят в тюрьму, лишат места в

сенате, тебя станут презирать все знакомые и друзья!

– Подлая, коварная шлюха!
– не выдержал тот такого наплыва катастроф,

ожидающих его из-за ложного показания Леймоуд.
– Прежде чем ты сделаешь это, я убью тебя.

– Ничего ты мне не сделаешь, - нагло выкрикнула она ему в лицо

и умолкла, когда тот, схватив ее за локоть, потянул к себе. Смелость ее вмиг улетучилась, когда она ощутила болезненную хватку "взбешенного человека". В глазах его пылали ненависть и отвращение.

– Отпусти мою руку, грязное отродье.
– Она вскрикнула, получив

пощечину.
– . гнусная тварь.
– и еще пощечина, - .поганый ублюдок. жалкий подкидыш. ничтожество.
– Каждое ее ругательство награждалось оплеухой. Лицо Леймоуд побагровело от ударов, губы окровавились, и волосы рассыпались из прически.
– Ты животное. варвар. ты не достоин меня.