— Ты жену мою не трогай! — взъярился участковый, до этого не принимавший участия в разговоре.

Федор быстро сменил тему разговора:

— А насчет паспортов у меня амнезия. Хоть убейте, ничего по ним не могу сказать.

Никита нехорошо улыбнулся:

— Ладно, к паспорту мы еще вернемся. Давай последнее твое приключение разберем. Почему тебя Крокодил хотел убить? Надеюсь, ты знаешь, кто такой Крокодил? Если бы не мы с Генералом, ты бы уже давно в морге в холодильничке лежал. Какие у тебя дела с черноморской группировкой?

— Никаких! — мрачно ответил Федор. — Дурак попросил закурить, а я сказал, что не курю. Ему, видно, не понравилось.

— Значит, ты не куришь? — с ехидцей сказал Васька Генерал. — А кто мою жену косячком угощал? Портсигар вытаскивал, зажигалкой чиркал.

— Ничего я не знаю! — устало заявил Федор.

— Значит, не веришь, что тебя заказали?

— Не верю!

Никита позвонил по мобильному телефону:

— Поднимайся, коллега.

Федор с любопытством ждал, кто же войдет. Вошел тот второй бандит, что брал Федора вместе с Крокодилом в клещи.

У Федора вытянулось лицо.

— Ему удостоверение показать или так поверишь, что мы опера? — спросил Никита.

— Пусть покажет!

Бандит вытащил из кармана куртки удостоверение сотрудника МУРа. Оно было подвешено на цепочке. Федор его внимательно прочитал. Он вообще ничего не понимал.

— Скажи, Олежек, что должен был сделать с ним этот Крокодил? — попросил Никита.

— Сам не маленький, не хуже меня знает! — ответил оперативник, похожий ухватками на медведя. — Отвезти в лес и там пристукнуть.

А Федор впал в ступор. Как же так? Откуда рядом с Крокодилом мог оказаться сотрудник милиции? Что за чертовщина? Крокодила должен был вызвать Купец и дать ему задание. Дать крышу над головой. Дать подмогу. Дать оружие на месте. Кто подставил Крокодила? Ия? Ну не Купец же? Просветление мозгов не наступало.

Никита самодовольно улыбнулся:

— Надеюсь, теперь, Федор, ты понимаешь, что мы о тебе слишком много знаем и давно ведем всю вашу компанию?

Федор замыкался все больше и больше. Самому на себя наговаривать не хотелось. Кто его знает... может, у Купца ничего не выгорит, вероятнее всего, так оно и случится, и тогда Федор будет чист и свободен и ни от кого не зависим. А все остальное — пока разговоры для слабонервных. Расскажи он сейчас, в подготовке чего участвовал, и срок обеспечен.

— Ничего не знаю! — сказал Федор.

Никита понял его настроение. Он решил сделать небольшую передышку:

— Федя, ты позволишь в твоих вещах без ордера покопаться?

— Копайтесь!

Олежек-медведь и Никита скрупулезно, метр за метром, осмотрели всю квартиру Федора. Смотреть особо нечего было. Порылись в его вещах. Нашли паспорт на Боровикова, второй мобильный телефон. Никита увидел, как напрягся Федор.

— Гм... — со смешком сказал он, — посмотрим, куда это наш Федя звонил и эсэмэски посылал. Ох, мать честная, да тут одна поэзия: «Любимая, водою сквозь песок, уходят дни и ночи, любимая, есть в этом мире кто-нибудь тебя жесточе»? Ого, и снова «любимая...» и снова... а вот тут уже «страждущий»... а вот «бессердечная».

Федор вскочил с табуретки и вырвал у Никиты телефон:

— Никто никому не давал права лезть в чужую душу.

Тот только рассмеялся:

— Федор, я тебе сделку предлагаю. Ты мне рассказываешь все, что знаешь про старика с молодой блондинкой и все остальное, а я тебя хоть завтра свожу с твоей женщиной. Я так понял из всех твоих сообщений, что ты не знаешь ее адрес. Гарантирую, завтра днем она будет здесь. Ну как, поторгуемся?

Федор ничего не ответил.

— Молчишь? Зря! Не веришь мне. А хочешь, я скажу, как ее зовут? Обрати внимание, в эсэмэсках нигде нет ее имени. Ну и как? Мне громко сказать или шепнуть тебе на ухо?

Федор скептически смотрел на оперативника. Будет сейчас в догадки играть.

— Говори громко.

Никита все же нагнулся к уху Федора.

— Виктория... Правильно?.. Правильно! Лицо широкое, на груди почти нет украшений. В ушах небольшие сережки. Юбка удлиненная. Возраст — лет тридцать пять. Сильно обижена на тебя.

Федор молчал. Тогда Никита зашел с другого боку:

— Не хочешь разговаривать, Федор, не надо. Но вот что я тебе скажу. Если сейчас где-то происходит такое, что ты мог бы предотвратить, а ты сидишь здесь и обеспечиваешь себе алиби, то не надейся. Дохлый номер. Пойми, дурачок, тебя кто-то хотел убрать, а ты по отношению к нему играешь в благородство. Смотри, поздно будет.

— А ты откуда ее знаешь? — невпопад спросил Федор.

Никита мысленно улыбнулся и сразу поставил маленький капкан:

— Чудак, она сама обратилась ко мне.

— А вот тут ты врешь! — рассмеялся Федор.

У Никиты на такие случаи всегда в запасе имелось несколько заготовленных ответов. Он снова нагнулся к уху Федора.

— Я у нее раньше охранником подрабатывал. Она мне доверяет, а ты нет. Ты мне снова не веришь? Хочешь на нее глянуть?

Никита, полистав фотографии на мобильнике, показал Викторию на «Порше».