Вот продам пару его ножей и куплю себе хорошей одежды! Только надо до города дойти.

– Сколько времени ты можешь выдержать под солнцем? – спросила я, пытаясь прикинуть, сколько еще мы сможем пройти в этот день.

– Сколько угодно, госпожа, – ровно ответил Зан. – Я не первый год выхожу на поверхность и привык.

Я кивнула, подтверждая, что услышала. Это хорошо. Мне повезло. Многие дроу могли ходить по поверхности только ночью. Их глаза, привыкшие к темноте подземья, плохо видели на свету. Их кожа, хоть и была темной, но почему-то была чувствительна к свету так же как белая.

В деревне, к которой мы подошли, я не надеялась найти ночлег, нужно было пополнить припасы и двигаться дальше.

Если Зан соврал – ему будет очень плохо через несколько часов. Но он не создавал впечатление неопытного юнца, наверное, мог оценить риски.

Интересно, как он оценил меня? Счел, что угроза миновала, раз я согласилась на клятвы? Или думает, что брачная клятва заставит меня заботиться о нем и сохранять ему жизнь? Вообще это предполагается, но дроу жестокий народ, и я знаю лазейку, которой жрицы Ллос пользовались веками, чем будущая жрица Черного Пламени хуже?

Улыбаясь собственным мыслям, я прошла между первыми домами, сиротливо жавшимися к дороге.

Я встретилась взглядом с женщиной, работавшей в огороде. Она ответила на мою улыбку, а затем перевела взгляд на моего… спутника и аж перекосилась.

– Не поднимай головы, – шикнула я.

Но фигура дроу все равно привлекала внимание. Высокий, широкоплечий, в дорогом плаще и с выправкой воина. Даже раненый, с низко опущенным капюшоном, он вызывал опасения.

Дети, игравшие на улице, замерли, разглядывая его. Их глаза были размером в пол лица, и кажется они даже не дышали.

– Твои сородичи нападали на эту деревню? – тихо спросила я.

– Не знаю, госпожа, – спокойно откликнулся Зан. – Я не несу ответственность за всех темных эльфов и не слежу за тем, куда они направляют свои взоры.

Меня невольно передернуло.

Направляют свои взоры.

Эту фразу часто повторял отец, но ее смысл мне всегда казался слишком туманным. Значило ли это устремления или реальные действия?

Чем сильнее мы углублялись в деревню, тем больше было вокруг перешептываний. Дородная женщина с ведром, шедшая нам навстречу, сплюнула в ноги Зану, попав на штанину. Он никак не отреагировал, даже голову ни на миллиметр не поднял.

– Ты бывал раньше в человеческих поселениях днем? – спросила я, уже заметив впереди небольшой рынок.

– Приходилось, госпожа. Не в роли… слуги человека, – в его интонации проскользнуло что-то новое, не похожее на покорность. – Когда через такие места проезжает вооруженный отряд темных эльфов никто не смеет показать недовольство нашим присутствием.

Вот оно! Гордость. Гонор. Презрение к людям. Все, что он так старательно прятал, на несколько секунд прорвалось наружу!

Текущее положение ему нравилось намного меньше, чем он пытался показать.

Я удовлетворенно хмыкнула. Всего лишь игра, попытка усыпить мое внимание. Именно то, чего я ожидала.

– А это неплохая мысль! – я довольно улыбнулась, и его маска треснула еще немного, выдавая удивление, – нам не помешают лошади. Жаль здесь их не найти, но в ближайшем городе обязательно. Напомни!

– Напомню, госпожа, – он сглотнул и снова опустил взгляд.

– Ты же умеешь скакать на лошади? – я подозрительно прищурилась.

– Умею, госпожа.

Когда мы покинули эту не дружелюбную деревню, за спиной Зана висел приличный мешок с едой, купленной на деньги из его кошеля.

Но он ни жестом, ни словом не выдал своего истинного отношения. И это начинало меня выводить из себя.

У покосившегося дома на окраине расположилась неприятного вида компания мужчин. Они шутили между собой и явно не сдерживали мерзких эпитетов ни в отношении меня, ни в отношении Зана.

Спина покрылась холодным потом. Дроу ранен. Его клятвы потребуют защищать меня, но против четверых выдержит ли?

Я ускорила шаг, не глядя на мужчин, и Зан, сдерживая одышку, послушно зашагал быстрее.

Только когда мы вышли на пустынную дорогу за деревней, я позволила себе перевести дух, сбавляя скорость.

– Госпожа, – позвал меня Зан некоторое время спустя. Его голос звучал все так же ровно и вежливо. – Могу я спросить?

– Что? – буркнула я, оборачиваясь.

Дроу шел шатаясь сильнее, чем утром. Аптеки в деревне разумеется не нашлось, а варить укрепляющнее зелье самой – бездарно тратить время. Потерпит.

– Куда мы идём?

– А для тебя это так важно?

– Я теперь отвечаю за твою жизнь, госпожа, – он явно старался говорить ровно, но полностью скрыть отдышку не получилось. – Мне нужно понимать направление и цель.