Да-да, того самого Фурманова, который сейчас крутился возле московских экзаменаторов. Последнего представителя нашей закадычной четверки и главного генератора идей. Человека невероятной харизмы, способного развести кого угодно и на что угодно.

— Народ! Там клановые облака разгоняют!

Прозвучавший возглас заставил всех дружно вскочить из-за парт и прильнуть к окнам, устроив веселую толкучку. Каждый норовил протиснуться поближе к стеклу, чтобы ухватить лицом лучики первого летнего солнца, а заодно понаблюдать за работой княжеских погодников.

И если бы в эти мгновения мне кто-нибудь сказал что всего через несколько часов я стану главным врагом Императорской семьи, то…

Впрочем давайте по порядку.

Последний звонок унес всеобщее настроение в небеса. Одуревшие от свободы ученики с воплями выскочили во двор и разбежались словно тараканы. Кто-то домой, а кто-то в сторону спортивной площадки, являющейся главным пристанищем послешкольных тусовок. Само собой наша компания устремилась в этом направлении, надеясь успеть занять места на бревнах полосы препятствий. Предстояло пережить три томительных часа ожидания и проводить их стоя никому не хотелось.

Сорок минут спустя.

— Да ну нафиг… Лысый первым сдал! — изумленно вытянул руку Кот.

Головы присутствующих, как по команде, повернулись в направлении школьного крыльца от которого отделилась крупная фигура Вовки Лысенкова. Парень уверенно шагал в нашу сторону и расстроенным точно не выглядел.

— Да хрена с два он сдал! — деловито ухмыльнулся Виталик. — У него же ай-кью, чуть выше табуретки.

— Ну че, Вован, как оно? — крикнул кто-то из толпы.

— А?

— Сдал, говорю?!

— Вроде того, — вздохнул подошедший здоровяк. — Написали, что мне стоит обучиться на пожарника.

— Ну так ведь зашибись! — обрадованно, произнес все тот же тип.

— Да не знаю… Как-то не особо.

— Какой еще «не особо»? — раздался новый голос. — Пожарным работать — кайф! Во-первых, сутки отпахал — двое балдеешь. Во-вторых, там можно сделать нормальную карьеру и даже получить шанс переехать в Круг D. Ну а в третьих, тушить пожары всяко интереснее, чем всю жизнь с электродами на затылке лежать

— А по мне лучше с электродами, — буркнул Вовка. — Зарплата у пожарного не такая уж и большая, зато ответственности ого-го! И вообще, че я в секторе D забыл? Там я никого не знаю, а тут родня, да и пацаны все свои.

— Ну? Я же говорил, что он дебил! — заржал сверху Сенцов.

— Слышь, мелочь! Ты че-то вякнул, или мне послышалось?! — оскалился Лысый.

Виталик с невозмутимым лицом спрыгнул с бревна, подошел к выпускнику в упор, после чего практически проорал ему в ухо:

— Я сказал, что ты — дебил. Теперь слышно?

Раздались сдавленные смешки. Собравшиеся с азартом уставились на обоих, ожидая немедленной развязки.

— Спорим Вован очканет? — шепнул мне Кот.

— Да по-любому, — кивнул я.

Следующие несколько мгновений на лице Лысенкова отображалась сложная внутренняя борьба: от секундной решимости начать драку и до состояния «чего бы такого ответить, чтобы не сильно лошарой выглядеть».

Победило второе:

— Щас бы настроение из-за тебя портить! — промычал он Виталику. — Вот дождемся твоего теста через год, тогда и посмотрим, кто из нас дебил.

Будущий пожарник развернулся и гордо пошагал прочь под разочарованные вздохи толпы.

Полтора часа спустя.

Выпускники все выходили, и выходили. Кто-то в слезах, кто-то с каменным лицом, а кто-то очень даже довольный. Уже отстрелялся Саня Снайпер, который, ко всеобщему изумлению, набрал необходимые баллы для полиции. Пускай лишь стажером на должность суточного диспетчера, но, как и в случае Лысенкова, это был реальный шанс стать человеком. Главное ведь зацепиться за место, а дальше все будет зависит от тебя.

— Поздравляю, Саня. Ты смог! — я спрыгнул с бревна и протянул ему ладонь. — Черканешь мне номерок той волшебной конторы?

— Спасибо, Кос! — ответил он крепким рукопожатием. — А ты про какую контору?

— Которая тебе полицию нагадала!

— А-а-а… Черкану, конечно. Ты, кстати, чего вечером делать собираешься? Пивка попить не хочешь?

— В смысле «пивка»? — удивился я. — Ты разве не пойдешь на выпускной со своими?

— Пока не знаю, если только на торжественную часть. С баблом у меня напряги, — он смущенно скривил губы. — Ну че, погнали домой?