Хулио, всегда такой внимательный и заботливый, сейчас казался испуганным и вел себя так, будто его нервы в любое мгновение могли не выдержать. Что-то поблескивало у него на руке. Теперь Хосефа смогла разглядеть этот предмет. Золотой перстень. Ее сердце оборвалось, когда она увидела скрещенные молоты — перстень Зверя, метка убийцы.

Почему Хулио носит на руке символ смерти?

Она вспомнила подозрения Лусии: кто-то из клиентов борделя указал на Хуану, поэтому ее и похитили. «Кто это мог быть, Хосефа? Кто?» В полутьме глаза Хулио Гамонеды зловеще поблескивали. Хосефа почувствовала подступающую дурноту. Кажется, она вот-вот лишится сознания.

— Что с тобой?

— Мне нужно на свежий воздух, немедленно.

— На это нет времени, дорогая!

— Не трогай меня! Я должна выйти.

Хосефа, пошатываясь, покинула мрачный особняк и углубилась в окружавший его сад. Она не хотела, чтобы кто-то видел, как ее тошнит, и поспешила укрыться за деревьями. Рухнув на колени, она почувствовала, как ее выворачивает наизнанку. Где взять силы, чтобы подняться? Ей казалось, что она умрет в этом темном, убогом саду. Неужели она собиралась разделить будущее с убийцей? Как ей только в голову пришло, что судьба может подарить ей счастье? Хосефа хотела только одного: бежать отсюда, уйти пешком, остановить первый попавшийся экипаж, как можно скорее вернуться к себе…

К особняку подъехало ландо, из него вышла дама в длинной накидке, ее лицо было закрыто мантильей. Налетел порыв ветра, мантилья взлетела, и за те несколько секунд, пока дама ловила ее, Хосефа успела узнать Ану Кастелар. Она видела, как герцогиня постучала в дверь и показала привратнику перстень. С такого расстояния Хосефа не могла разглядеть его, но была уверена, что на перстне те же два скрещенных молота.

Теперь ей нужно спасаться уже от двух зверей. Она должна вернуться к себе и как можно скорее предупредить Лусию, чтобы та даже не приближалась к герцогине Альтольяно.

В подземелье стояла тишина, лишь изредка прерываемая стонами пленниц. Кларе почти удалось уснуть. Ей было уже не так холодно, но вдруг она почувствовала между ног что-то теплое и мокрое. Она опустила руку к промежности и поднесла пальцы к глазам, но в темноте ничего невозможно было разглядеть. Тогда она облизнула палец и ощутила металлический привкус. Кровь.

Клара пыталась придумать, как это скрыть. У нее был только кусок ткани, который ей дала Мириам. Она скатала его валиком и засунула между ног. Сна не осталось ни в одном глазу.

Она привалилась спиной к стене. Вот и пришел ее черед. Ей даже не придется заходить в воду. К тому времени, когда Повар вытащит ее из клетки, кровь уже намочит лоскут и потечет по ногам.

____

Лусия вздрогнула: кто-то колотил в дверь. Она не успела спросить, кто там, как раздался громоподобный голос Басилии, квартирной хозяйки.

— Убирайся! Я сдала комнату семинаристу, он дожидается внизу, — объявила она вместо приветствия.

Лусия сразу поняла, что упросить хозяйку, чтобы та разрешила остаться еще на несколько дней, не выйдет, но все же попыталась.

— Диего заплатил за две недели вперед!.. — взмолилась она.

— С какой стати я должна оставлять квартиру за мертвецом?

— Я не мертвец. Доносо, друг Диего, сказал, что я могу здесь остаться.

— Кривой полицейский тут не хозяин, дорогуша. Порядки в этом доме устанавливаю я. И порядки мои таковы: умерший жилец не оставляет наследства. Я и так по доброте душевной разрешила тебе провести несколько ночей.

Басилия схватила Лусию за руку и потащила вниз по лестнице. Лусия извивалась, как дикий зверек, и лягнула хозяйку в голень, та завопила. Неразумный поступок, но Лусия не смогла сдержаться. Басилия, едва не рыдая, принялась жалобно звать на помощь, соседи начали выглядывать из квартир. Не хватало еще, чтобы сюда нагрянули гвардейцы — ведь на Лусии уже висело убийство Марсиаля Гарригеса. Девочка бросилась бежать. Но, оказавшись на улице, в растерянности остановилась: куда идти? Кому довериться?..

Вдруг кто-то ее окликнул. Соблазн немедленно убежать был велик, но возглас повторился и голос ей показался знакомым. Обернувшись, она увидела бегущую к ней Ракель — краснолицую толстуху с огромным бюстом из заведения Львицы.

— Слава богу, я нашла тебя! Еле-еле узнала адрес этого журналиста!.. Наши говорили, что ты осталась в его квартире, но никто не знал адреса, но я отыскала кривого полицейского… Хотя это уже не важно. Хосефа! Она умирает и без конца твердит твое имя! Похоже, что-то хочет тебе сказать.