«Новый день, новая встреча, — вздохнул Антоний. — Сколько же разговоров было после смерти Цезаря».

«Лучше разговоры, чем альтернатива».

«Возможно. Позже будет достаточно времени для кровопролития. Я попрощаюсь с вами здесь, прежде чем мы дойдём до вестибюля. Я не совсем готов выслушивать всю эту болтовню. Кстати, вы знаете, что стало с моей женой?»

«Она ушла от меня довольно внезапно. Я не знаю, куда она делась.

Возможно… в дом Цинны.

«А, утешить Сафо? Бедняжку. Мы теперь её опекуны, знаешь ли. Я называю её бедняжкой, но Цинна оставил ей огромное состояние, которым теперь мне приходится распоряжаться.

Ну, финансовые дела я оставлю Фульвии. Она в этом деле мастер.

«Она очень необычная женщина, ваша жена».

Антоний улыбнулся: «Ты и половины не знаешь».

OceanofPDF.com

ЛИИ

«Жена консула — людоедка? И все эти почтенные матроны на похоронах тоже? Возможно, я не стала такой уж римлянкой, как думала», — сказала моя жена-египтянка, приподняв бровь.

В полдень мы сидели в саду, ковыряясь в еде, к которой никто из нас, кроме Давуса, не испытывал особого аппетита. Несмотря на предостережение Фульвии молчать – которое я воспринял вполне серьёзно, особенно учитывая, что её муж мог в конечном итоге занять место Цезаря, – я понимал, что бесполезно пытаться скрыть правду от жены и дочери. Я рассказал всё Бетесде и Диане.

Их

сюрприз, который

казалось

полностью

подлинный-

Заверила меня, что Фульвия была честна, когда сказала, что они не причастны к заговору. Моё облегчение несколько омрачилось тем, что сказала Диана дальше.

«Интересно, почему Фульвия не пригласила нас поучаствовать, мама? Я думала, мы ей нравимся».

А вы бы так поступили? – начал я, но передумал. Мне мог не понравиться ответ. – Фульвия боялась, что кто-то из вас выдаст мне заговор. Видите ли, я мог предупредить Цинну. Или сделать что-то ещё, чтобы сорвать их замысел.

«А, теперь всё понятно», — сказала Диана. «Хотя я бы никогда не предала доверие Фульвии, даже ради…»

«Довольно, дочка», — сказала Бетесда, увидев выражение моего лица. «Что сделано, то сделано. Дружба Фульвии…

Искренне. Если она нас исключила, значит, она поступила так, как посчитала нужным.

«А теперь посмотрим, сможешь ли ты сохранить тайну от Фульвии, — сказал я. — Она не должна знать, что я тебе рассказал».

«Я подозреваю, что Фульвия никогда не спросит, и мы никогда не скажем», — сказала Бетесда.

«Я тоже», — пробормотал Давус, набив рот куском лепешки.

«Сколько же тайн приходится жить в наши дни!» — пробормотал я. «Мир подумает, что убийство Цинны было досадным случаем ошибки в идентификации, и никогда не узнает правду о том, кто его убил и почему».

«А ты бы хотел иначе, папа? Если бы люди знали, как он умер, они бы узнали и то, что он сделал с Сафо.

Фульвия, по крайней мере, позволила ему сохранить репутацию поэта».

«Даже когда она наблюдала за сожжением его последнего шедевра!»

«Он настоял на том, чтобы пережить Смирну, — сказала Бетесда. — Фульвия позаботилась, чтобы он также пережил Орфея и Пенфея».

Её деловой тон заставил меня вздрогнуть. «Чтобы мир запомнил его только по Смирне и по глупой, бессмысленной смерти, — сказал я, — и люди будут думать, что Сафо была послушной дочерью, которая покончила с собой от горя, а не от вины».

«Я уверена, что она чувствовала и то, и другое», — тихо сказала Диана.

«Значит, ты считаешь, что Фульвия была права насчет инцеста?» — спросила Бетесда.

«Сначала я усомнился в этом — не хотел верить, — но слова самого Цинны это подтвердили. Фульвия поступила праведно, или, по крайней мере, считает, что поступила праведно».

«Я не совсем уверена, что месть за Сафо была ее единственным мотивом», — сказала Диана.

«Что еще?» — спросил я.

«Цинна был довольно богат, не так ли? Теперь, когда Сафо умерла, а близких родственников, которые могли бы на неё претендовать, нет, кто, скорее всего, получит всё состояние?»

Я моргнул. «Антоний. Но ты же не думаешь, что Фульвия убила Цинну, чтобы завладеть его поместьем?»

«У Фульвии большой опыт в накоплении состояния через наследство, — отметила Диана. — И ей всегда будет нужно всё больше и больше денег, чтобы её амбиции в отношении Антония осуществились. Зная, что Антоний станет опекуном Сафо после смерти Цинны, и будучи хорошо знакомой с юридическими процедурами, с помощью которых опекун может претендовать на имущество незамужней девушки, — ну, я не скажу, что это была единственная или даже главная причина, по которой она замышляла заговор против Цинны.