Можно, конечно, поставить ловушки и надеяться на то, что тварь в них попадётся. Вот только это глупо и опасно.

В прошлом мире мой отец так охотился на баргестов. Поставил силки, выкопал волчьих ям и устроил засаду вместе со своим братом. Ждали они трое суток. А ночью их навестили.

Больше десяти существ вылезли из другой норы и обошли моих родичей со спины. Отец спасся, но потерял кисть. А вот дяде повезло меньше. Ему сразу перегрызли глотку. Возможно, только из-за его смерти мой отец и сумел скрыться.

Отвлекаясь от ненужных мыслей, я вновь покосился на провал в земле. Одним словом, весь лес может кишеть этими норами. Ждать бессмысленно и опасно. Впрочем, лезть в пекло — тоже не лучшая затея.

— Топай обратно в деревню, — обратился я к старику. — Дальше я сам.

— Да я и не собирался помогать, — испуганно пробормотал Анисим, и я тут же услышал быстро удаляющиеся шаги.

Убедившись, что Анисим ушёл, я подозвал Гоба. Зеленомордый отлично сливался с местностью, и выбор разведчика оказался очевиден.

— Давай, дружище, — обратился я к нему. — Нужно немного поработать.

Гоблин хищно оскалился и шустро побежал в сторону провала.

Пока гоблин рыскал вокруг провала, осматривая местность, я шел на слабый запах гнили. Пройдя пару сотен метров, я нашёл то, что искал. Обглоданный костяк посреди густых зарослей кустарника. Он лежал на вытоптанной поляне. Среди сломанного кустарника виднелись всё те же следы когтистых лап.

Судя по костям, это лось — если в этом мире, конечно, есть лоси. На останках зверя практически не осталось мяса, именно поэтому запах гнили был едва уловим. Мясо филигранно срезали с костей, не оставив на них даже следов от зубов. Сам скелет мне был не так интересен, а вот проверить возможности меча очень хотелось.

Я приложил меч к черепу лося, и кость зверя тут же размягчилась. Череп потерял форму, потёк по лезвию клинка к моей руке.

— Какой замечательный артефакт, — усмехнулся я. — Необычным мечам нужно необычное имя. Как считаешь? — Я посмотрел на клинок. Его рыжий окрас контрастировал с белёсой костью, формирующей броню на моих предплечьях. — Думаю, тебе отлично подойдёт имя «Пожиратель костей». В нём вся твоя суть. Что скажешь?

Ответом мне была тишина. А жаль, я слышал, что существуют говорящие клинки, правда, это могла быть метафора.

— Молчание — знак согласия, — продолжил я. — Значит, отныне ты Пожиратель костей.

Взмахнув клинком, я довольно кивнул и пошёл собирать остальные кости. Расплавил позвоночник лося, ноги, рёбра. И в один момент клинок отказался растворять костную структуру. Видимо, это лучшее, на что он сейчас способен.

А способен он оказался на многое. Костяной пластинчатый доспех покрывал меня с ног до головы. На удивление он оказался очень лёгким. Вот только во время ходьбы он слегка постукивал, оповещая всю округу о том, где я нахожусь. Неприятно, но сейчас защита важнее скрытности.

Позади послышался топот ног. Гоб подбежал ко мне и отчитался:

— В провале тысячи костей, И темнота ночи черней. Внутри тоннелей просто жуть. Куда, дружище, держим путь?

— Да у нас-то выбор небольшой. Пойдём посмотрим, что там интересного.

Вокруг провала было стерильно чисто. Трава вытоптана на добрый десяток метров. Деревца, росшие неподалёку, сгрызены так, что от них остались лишь небольшие пеньки сантиметров по пять в высоту.

Какие-то умные твари тут живут. У них не просто нора, а настоящее убежище, обзору из которого не должно ничего мешать. Готов спорить, внутри будет весело.

— Гоб, прикрываешь спину, — сказал я и, подойдя к провалу, нырнул вниз.

Мне повезло и плюхнулся я прямиком в жирнющий глинозём. Ноги соскользнули, и я на всех парах устремился куда-то во тьму. Хотел уцепиться клинком за стену, но, к сожалению, было слишком узко для того, чтобы я смог вонзить меч.

Я со свистом вылетел из тоннеля и врезался в каменную стену. В голове загудело, а во рту появился металлический привкус, напоминающий, что губа точно разбита.

— Проклятый гоблин, не сказал, что здесь… Хэ!

В рёбра мне врезался тот самый гоблин и весело прошептал:

— Бесплатные аттракционы — это хорошо,

Я прокатился дважды, а хочется ещё.

Он хотел продолжить свой стих, но я зажал ему пасть. По пещере разносились звуки капающей с потолка воды. Глаза ещё не привыкли к кромешной тьме, и я мог опираться лишь на слух, а проклятый коротышка мешал своей болтовнёй.

Ощупав левой рукой камень, я пришел к выводу, что слева и позади меня — глухая стена. Спереди был спуск в пещеру. Выходит, напасть могут только справа. Зажимая пасть гоблину, я сместился в сторону и выставил перед собой меч.